Описание картины юрия ракши «продолжение»

Художник Ю. Ракша

Раздумье, размышление, гармония — вот что всегда волновало Ю. Ракша, вот к чему он призывал зрителя. «Мой зритель — это мой герой и мой соавтор», — говорил художник.

Воскресение (Когда деревья были большими). 1968, х., м. 150X120

«Свои живописные работы я впервые выставил в 1968 году на молодежной выставке московских художников,— писал Юрий Ракша. — Одна из них, «Домой», довольно последовательно повторяет мотивы моего диплома.

А вот другая, «Воскресение», стала для меня по-своему визитной карточкой, стала моей программой. Я люблю это слово «программа». Для меня это означает осознанность. И эту свою работу я считаю первой своей картиной в смысле зрелой осознанности. Это картина именно потому, что она сочинение.

Скажем, наблюдение, впечатление, детали — все это лишь элементы, составляющие конкретный замысел. Но главное — это сочинение. Я никогда никуда не ездил «за картиной». Сначала она создавалась внутри меня (в результате пережитого), а уж потом, нащупав, сочинив, я ехал за тем, чего недоставало — героя ли, заката ли, рисунка ли, трав или цветов.

В картине «Воскресение», картине-воспоминании о послевоенном времени, решающим было мое представление, а не конкретное состояние дня. Это мое обобщенно-созерцательное, символическое толкование пейзажа. Это не день недели, а воскресение памяти детства, когда деревья казались большими, немая остановка мгновения, которое было прекрасно.

Прекрасно ощущением непреходящей сущности земли, деревьев и неба. Думаю, что состояние гармонии мира, извечной красоты природы, а также тревоги за это будет еще не раз привлекать меня.

Тыл. 1970, х., м. 174X124

Художник Юрий Ракша формировался как мастер советской реалистической, жизнеутверждающей школы, обладающий строгим и целомудренно чистым восприятием современности и народной судьбы, овеянной романтикой революционного созидания. «А образ матери все не оставлял меня. Оживала и память военного детства, — писал художник.

— Так родилась картина «Тыл». Скупой графичный пейзаж, картофельное поле, дети, копающие картошку. В центре портретно и канонически — образ моей мамы (и еще — сестра, бабушка и я). Рукоятки картофельных тачек, как зенитки, воздетые к небу, готовые защищать вдовью участь.

В такой форме мне хотелось рассказать о русской женщине, вынесшей на своих плечах тяжесть войны, тяжесть тыла».

«Успех картины, наверное, — когда состоится единение, гармония чувства и мысли. Как правило, каждый раз ощущаешь этот «момент истины». Хотя трудно представить, что когда-нибудь можно сказать себе: я сделал в картине все».

«И поет мне в землянке гармонь». 1973, х., м. 150X120

Смолкла гармонь, и, кажется, звучит последний аккорд старой военной песни, зажжен огонек в чудом сохранившемся с военных лет патроне. И вспоминаются юность, бои и те, с кем дружили когда-то, кто не вернулся. «Картина «И поет мне в землянке гармонь» композиционно связана с картиной «Современники», написанной несколько раньше.

В сущности персонажи обеих картин — мои ровесники. Но это — отцы и дети. Перекличкой в построении мне хотелось объединить их, связать общей идеей: живи и помни! Так, вольно и невольно мой жизненный и творческий отчет ведется оттуда, из войны, из моего детства. Да и теперь я снова и снова возвращаюсь туда», — писал Юрий Ракша.

«Я неизменно ищу в своих героях носителей своих идей, и потому вновь и вновь меня волнует момент их душевного подъема, духовной собранности, молчаливого диалога о главном. Так я ищу «героя нашего времени».

Его черты растворены во многих и многих моих современниках. Мой герой — это и мой зритель. Я всегда чувствую его за собой, стоя у картины. Это мой помощник, собеседник, соавтор.

Когда я писал эти строки, я мысленно обращался и к своему герою — своему зрителю».

Рожденным жить. 1971, х., м. 180X125

Эта картина родилась после трагической вести о гибели во Вьетнаме на поле боя вьетнамского кинооператора, друга Юрия Ракши, сокурсника по ВГИКу. Это стало отправным моментом для создания полотна, тема которого давно уже зрела в душе художника.

Рожденным — жить, утверждает художник; несмотря на войны, плач и горе — жизнь на земле и исконный мирный труд должны продолжаться. На полотне — изображение мадонны, матери, восходящее к традиционным трактовкам этой темы в итальянском Возрождении, классицизме.
Картина много экспонировалась у нас в стране и за рубежом.

В 1980 году на выставке во Вьетнаме она была горячо встречена вьетнамскими зрителями.

Маленькие купальщики. 1979, х., м. 110X150

Наше будущее в детях, они — наше продолжение и наши надежды. Этой теме посвящены многие картины художника. «Маленькие купальщики» — одна из них. Полотно лирично, свежо, полно нежности и света.

Теплый искристый колорит детских тел как бы оттенен голубым сиянием снегов за окном зимнего плавательного бассейна.

«В стремлении увлечь зрителя в картину я всегда стараюсь очень плотно заполнить ее пространство, чтобы каждый ее фрагмент что-то выражал, вступал в определенные отношения со всем остальным, воплощал мою мысль. И очень важна деталь, символ. Я люблю детали в картине, фактуру, материальность.

И надо, чтобы не было случайного. Надо, чтобы все было на своем месте. И очень важно в конце не растерять и приумножить первоначальную эмоцию, свести мысли и чувства все воедино, заставить звучать во имя главного», — писал художник.

Премьера (центральная часть триптиха «Кино»). 1977, х., м. 140X104

«В триптихе есть свои законы, которые для меня теперь не просто известны, а выстраданы и прожиты, — симметрии, соразмерности цветовой переклички, линейного продолжения или разграничения и т. д.

Мне хотелось бы сравнить возможности триптиха с искусством кино. Действительно, в триптихе возникает последовательность восприятия, разновременность, внутреннее развитие, как в кинематографе.

Но, конечно, эта форма восходит еще к древнерусской иконописи с ее житиями и окнами», — писал Юрий Ракша в статье «Мое «Поле Куликово». Поразительно перекликаются в творчестве художника кино и живопись. Кинофильм «Восхождение», где Ю.

Ракша был художником-постановщиком, один из самых ярких о войне, подвижнический труд над которым воплотился потом в триптихе «Кино». Режиссер фильма Л. Шепитько запечатлена на сцене перед началом премьеры.

«В Ларисе я встретил человека, верящего в материал, в его правду. Сама драматургия Василя Быкова (повесть «Сотников») объединила нас тогда, сделала единомышленниками. Больше того, драматургия выращивала в наших героях и нас самих — создателей фильма.

Мы стали максималистами, стали подвижниками… Меня интересовал в замысле картины сам творческий процесс создания фильма. Наша работа шла на такой высокой ноте, что мне захотелось и в живописи как бы повторить все это.

В триптихе «Кино» и застольная работа, и съемочная площадка — операторы, актеры. Но главное — лицо Ларисы, каким оно запомнилось мне на одной из премьер. Она всегда волновалась, была открыта и беззащитна. Она несла в себе и сообщала духовность.

А это как раз то главное, что всегда привлекает меня в людях, что я всегда стремлюсь увидеть и раскрыть в своих героях».

Беркакит-77. Молодые зодчие. 1978, х., м. 120X150

Это — картина-размышление, разговор единомышленников, современников о времени и о себе. За окном вечерний таежный пейзаж, зеленоватое небо — та земля, на которой воздвигнут они свое будущее. Это второй план, как бы картина в картине — углубление, расширение перспективы, частый и любимый художником прием.

«Чтобы мой диалог со зрителем был действеннее, я всегда ввожу в картину человека. Человек для меня — главное. Это мой лирический герой, мой ровесник, современник, это тот же зритель, и я хочу, чтобы он, герой нашего времени, узнавал себя», — писал Юрий Ракша в своей статье «О картине». «Ездил на БАМ. Хотелось заглянуть в завтрашний день.

Там меня встретили давнишние и знакомые звуки пилорамы, запахи свежего дерева, крашеных полов, беленых барачных комнат — все как из детства. Добрался до Чары. Только начинался новый поселок Удакан— весь деревянный. Первое время было трудно, даже глядя на все своими глазами, отречься от шаблонных представлений и пластических решений.

Но не хотелось заниматься репортажем — это удел журналистов, художников-очеркистов. Картины о БАМе «Зодчие», «Разговор о будущем» родились уже в Москве, когда успокоился, когда не так разбегались глаза на детали. Хотелось меньше антуража, ближе к полюбившимся героям. Пришла мысль: они молоды, они моложе меня, а значит, они немного и из завтрашнего дня.

Каким он будет, что предстоит им построить?! Вот почему мои герои изображены в момент глубокого раздумья, духовного сосредоточенья».

Разговор о будущем. 1979, х. м. 120X150

Картина была написана после одной из поездок на БАМ, в Тынду, Чару, Беркакит. Автор как бы предлагает нам занять место за столом, где сидят первопроходцы, строители; замкнуть круг и поразмышлять вместе с героями и художником о нашем будущем, о том «доме жизни», который предстоит нам построить.

Читайте также:  Описание картины константина юона «волшебница-зима»

Теплая цветовая гамма таежного вечера, лица, освещенные лучами невидимого закатного солнца, как бы оттенены сочной синевой сибирского неба. «Я привык искать и находить свои темы и в сегодняшнем дне, и в памяти моего детства, а последняя моя картина называлась даже «Разговор о будущем», — вспоминал Юрий Ракша, говоря о преемственности поколений, о связи прошлого с будущим.

«Оглядываюсь на свои предыдущие картины и нахожу, что в них, хотя и на разном материале, я стремился к раскрытию в героях именно состояния определенного духовного предстояния. Это было и в «Разговоре о будущем», и в «Молодых зодчих», и в «Современниках».

Я стремился выбрать момент, не связанный с сиюминутным действием, но хотел рассмотреть героев в момент раздумья, принятия решения, а это всегда связано с напряженным внутренним состоянием человека».

Благословение на битву (левая часть триптиха «Поле Куликово»). 1980, х., м. 197Х1110

Три главных драматических события, три времени, три места действия отобразил Юрий Ракша в своей последней и самой значительной работе — триптихе «Поле Куликово».

В левой части триптиха — событие, происходящее за несколько недель до битвы на Маковце, за околицей Троицкого монастыря. В центре композиции Сергий Радонежский — духовный наставник князя, главный радетель за Русь и ее государственность, ее объединение. Последнее благословение, последний поклон.

Рядом с Сергием в белой рубашке мальчик — это Андрей Рублев, будущая гордость русской живописной школы; рыжеволосый воин-инок — Александр Пересеет («первоначальник победы», который падет скоро «за други своя» в поединке с Челубеем); его брат Осляба-старший, дружинники, странницы и девочка, которая, словно через века, смотрит на нас, призывая душой разделить тревоги и чаяния того незабываемого времени.

Проводы ополчения (правая часть триптиха «Поле Куликово»). 1980, х., м. 197X110

Вернулся князь от Сергия и двинул войска от белокаменных стен Москвы, им же построенных, на юг, к Дону «встречь ворогу». В центре композиции среди провожающих ополчение — Евдокия, любимая жена Дмитрия.

Она не плачет, она уже выплакала свое, и сейчас не имеет права на слезы — она жена князя и должна быть мужественна. Она беременна, и это символ, жизнь продолжается.

Рядом сын, уже понимающий, что отец уходит на битву, и дочка, с улыбкой слушающая звуки жалеек, — как всегда на Руси, с музыкой и слезами провожают близких на битву.

«А Москва? Выходили ополченцы к Москве-реке в заветный час, где на воде мирно покачивались суда купцов, стояли баньки по отлогому берегу, темнели мостки, где обычно бабы полоскали белье. И в который раз провожали здесь воинов жены и сестры… Сколько еще на Руси будут провожать жены мужей и братьев своих! Сколько их еще не вернется с поля боя!»

«Для меня всегда очень важно название картины, ведь в нем заключается суть вещи. Когда у меня есть название — это значит, что я готов, что я уже до конца знаю, чего хочу», — писал Ракша в одной из статей.

Продолжение. 1978, к., м. 64X55

На фоне русского пейзажа, «темы Родины» — как говорил Юрий Ракша — изображены жена и дочь художника. Название картины глубоко символично, многогранно. Это — эстафета жизни, продолжение материнского духовного начала в детях.

Но главное — продолжение души, продолжение жизни самого художника. «Для меня эмоция, переживание, сопереживание — это самое дорогое в картине. Это то, что остается после нее. И тут все средства — цвет, линия, композиция — хороши. Они — словно речь, которая должна выразить эмоцию, движение души художника.

Я мечтаю, чтобы мой пластический язык был так же свободен, как наша речь».

Источник: http://www.artly.ru/zhivopis/hudozhnik_ju_raksha.html

План-конспект урока по русскому языку (8 класс) по теме: Урок русского языка. Подготовка к сочинению по картине Юрия Ракши «Поле Куликово»

Урок русского языка.

Подготовка к сочинению по картине Юрия Ракши «Поле Куликово».

8 класс.

И вечный бой! Покой нам только снится…

            Александр Блок.

Слово учителя.

            Эти вечные и вещие строки стали  так созвучны с темой нашего урока. Они могут быть эпиграфом ко всей недолгой жизни художника.

Рассказ о Юрии Ракше.

Ю. Ракша родился в Уфе в семье рабочих в  1937 году. Пятнадцатилетним пареньком приехал в Москву с фанерным чемоданчиком, полным рисунков, с желанием учиться в Художественной школе.

Опоздал на вступительные экзамены но посмотрели на него, посмотрели на работы, решили взять. Порой неделями не выходил на улицу — любил рисовать вечерами в пустой школе.

А уже в 6 классе его работы попали в учебник по рисунку.

            Когда  встал вопрос, куда пойти учиться, с легкостью решил – во ВГИК (Всесоюзный государственный институт кинематографии) на художественный факультет.

            Учился у Юрия Пименова (театральный художник, график, народный художник СССР). «Тебе обязательно надо писать», —  сказал Ю. Ракше на защите диплома Пименов.

            Пятнадцать лет было отдано работ е в кинематографе. Многие фильмы вошли в советские энциклопедии киноискусства. В 1977 году Ю. Ракша удостоен премии «Оскар» американской киноакадемии киноискусства как главный художник-постановщик К/Ф «Дерсу Узала».

            Кинематограф научи л много и беспрестанно работать. Но Ю. Ракша постоянно искал себя в живописи. «Я искал  точку опоры, тот праобраз, тот художественный язык, на котором можно было бы заговорить собственным голосом. Искал и не находил».

            Создавал картины о земле, о небе, о деревьях, думал о гармонии мира, извечной красоте природы.(«Васильки», «Декабрьский день» и т.д.)

             Но всё же художника неудержимо влекло к человеку. Он хотел разглядеть его, расшифровать, найти своего героя.

            Уже потом Ю. Ракша поймет, что его герой многожителен. Его черты растворены  вокруг: в друзьях, в знакомых и незнакомых, в нем самом. И художник хочет соединить в  многозначном единстве красоту природы и человека. Эта тема многозначного единства мира природы и  близких ему людей – во многих его работах.

            -Кто я? Откуда я? Для чего я? Юрий Ракша задавал себе эти вопросы. Он ответил на них своей жизнью, своим творчеством.

            -С матери, с мамы, с её судьбы в судьбе страны, с жены, дочери, на просторе русских полей начиналась для  него Родина.

Картина «Продолжение».

            Название этой картины символично. Идея картины – эстафета жизни, продолжение духовного начала матери в дочери, но главное  —  продолжение жизни на земле, продолжение души самого художника в  поэтических образах этих женщин, этой земли.

Об истории создания картины «Поле Куликово».

            Ю. Ракша оказался счастливым избранником – ему предложили делать картину о Куликовской битве.

            «Почему я?» —  мелькнула тогда мысль у художника. «Такая ответственность, такая высота задачи!.. Нет, я не готов».

            Три недели раздумывал, ходил сам не свой. Был в библиотеках, музеях. И все стало на свои места. Созрело решение. «Ну, конечно, я берусь». Погружаясь в суть событий, художник всё больше вживался в то время. Оно приближалось к нему. Почудилось, что произошло это только вчера.

Выступления ребят.

(Костюмы  только обозначены).

            1 ученик. Русское воинство стекалось со всех сторон. Явились полки  и дружины – ростовские, ярославские, владимирские, суздальские, костромские, серпуховские; пришла рать и от тверского князя, наконец, должны были подойти полки нижегородские.

            2 ученик.

Князь же Великий, Дмитрий Иванович, поехал в Радонеж    на поклон к отцу своему духовному, старцу Сергию, благословение получить от святой обители… Преподобный Сергий окропил его священной водою и всё христолюбивое его войско и осенил великого князя крестом Христовым – знамением на челе. И сказал: «Поди, господин, на поганых половцев, призывая Бога, и Господь Бог будет тебе помощником и заступником». И добавил ему  тихо: «Победишь, господин, супостатов своих, как и подобает тебе, государь наш».

            3 ученик. Почти всё войско было конное, что. конечно, давало возможность Дмитрию развивать бо’льшую быстроту движений. Бряцание оружия и трубные звуки не умолкали в Москве.

Среди ратников царило величайшее воодушевление; каждый был счастлив сознанием величия предстоящей борьбы, а в храмах священники и коленопреклоненный народ возносили свои горячие молитвы о ниспослании победы.

            4 ученик. 20 августа 1380 года в прекрасное ясное утро московская рать вступила в поход. Дмитрий усердно помолился и поклонился гробам родителя и деда.

Затем он простился с нежно любимой супругой своей и детьми. Удерживая слёзы . он поцеловал княгиню Евдокию Дмитриевну и сказал ей на прощание: «Бог нам заступник».

Сев на коня, выехал к выступавшему войску, которое благословило духовенство                       

            5 ученик. Полки представляли величественное зрелище. Их доспехи и оружие ярко блистали на утреннем солнце.

            Кольчатые железные брони, стальные панцири из блях. Шлемы с остроконечными верхушками. Продолговатые щиты, окрашенные в красный цвет, тугие луки и колчаны со стрелами, острые копья, сабли составляли вооружение и снаряжение русских воинов.

            Над их рядами во множестве развевались знамена или стяги на высоких древках. Поднятые вверх копья имели подобие целого леса.

            6 ученик. Князья и воеводы отличались наиболее нарядными, большей частью позлащенными доспехами,  а также яркими, наброшенными поверх них плащами.

Читайте также:  Описание картины джорджоне «сельский концерт»

            Из их среды особенно выделялся сам Дмитрий Иванович. Это был высокий плотный человек, с томной окладистой бородой и большими умными  глазами, в полнром расцвете своих сил:  ему было едва тридцать лет отроду. Далеко виден и его огромный, алого цвета великокняжеский стяг с ликом Нерукотворного Спаса. Дмитрий подъехал к войскам и держал такое слово:

            7 ученик.  «Любезные друзья и братья! Ведайте, я пришел сюда, дабы Русскую землю от пленения и разорения избавить или голову свою за всех проложить; честная смерть лучше плохого живота.

Лучше было бы мне не идти против безбожных татар, нежели, пришед и ничтоже сотворив, воротиться вспять.

Ныне же пойдем за Дон и там  или победим и там всё от гибели сохраним, или сложим свои головы за святые церкви, за православную веру и за братьев наших христиан.

            Братия моя милая, не пощадим живота своего за веру христианскую. За святые церкви и за землю Русскую!       

            8. ВСЕ – Готовы сложить свои головы за веру христову и за тебя, государь великий князь! – отвечали ему из рядов.

Композиция картины.

Слово учителя.

            Изучив исторические материалы, побывав на Куликовском поле, Ю.Ракша долго размышлял: как охватить это событие? Изобразить момент самой битвы – но это скорее удел  кинематографа. Но он скрыл бы за внешним действием глаза героев, характеры.

            Как показать, что заслугой Дмитрия Донского была не только победа на Куликовском поле. Сколько было ещё сделано им! Он впервые заменил деревянные стены Московского Кремля на высокие каменные; объединил вокруг Московского княжества Серпуховское, Новгородское, Суздальское, Ярославское, Владимирское.

А как пройти мимо благословения на битву. Это должно стать частью картины.

А Москва? Выходили ополченцы к Москве-реке в заветный час, оставляя за собой картины мирной жизни.

А как не показать страдание, боль в глазах тех, кто провожает своих родных.

И художник приходит к решению: это будет ТРИПТИХ.

Триптих- композиция из трёх картин, объединенных общей идеей, темой. (ЗАПИСЬ В ТЕТРАДИ).

Триптих дает возможность показать события многопланово, в развитии, а главное:  можно показать глаза и лица героев.

В триптихе есть свои законы:

1.Закон центра (замысел в центре, в центре Дмитрий Донской);

2.Закон симметрии (Квадрат – идеальная фигура; духовное лицо уравновешивается женским образом , который несет в себе жизнь);

3. Закон соразмерности;

4.Закон цветовой переклички( в едином колорите, линейное продолжение).

Юрий Ракша увидел это событие по-своему: великокняжеский стяг с золотым образом Спасителя сияет, освещенный лучами осеннего солнца. Художник яркими живыми красками изображает воинов, будто бы предсказывает победу русских в этом бою. Поэтому великокняжеская хоругвь с изображением нерукотворного Спаса именно красного цвета.

(Сравнить с картиной  Александра Павловича Бубнова «Утро на Куликовом поле». В этой картине Спас Нерукотворный черного цвета.)

Каждая часть триптиха самостоятельна, но в то же время связана с целым произведением.

Очень важен пейзаж. Единый для всех горизонт объединяет и Москву, и Радонеж и Куликово поле.

Работа над каждой частью триптиха.

Центральная часть

«Предстояние»

Предстояние перед битвой. Взят момент, когда Дмитрий Иванович, передав великокняжеское облачение одному из своих воевод, остался в одежде простого ратника, вместе со своим воинством разделить победу или гибель в бою. Предстояние. То высокое состояние духа, которое любил в своих героях художник.

О чем все это повествование на холсте? Только ли о поле Куликовом? Может, о предрешенье человека перед лицом всех испытаний? Может быть, здесь стираются все исторические грани?

Левая часть

«Благословение».

Мудрый старец, который провидит будущее, и девочка, светловолосая, голубоглазая, глаза – васильки во ржи – символ извечного женского горя в час прощания, материнское ожидание – сколько было на Руси таких прощаний и ожиданий! – и твердость воина, выходящего на бой- все соединено в повесть о самостоянье народа на своей земле, в истории и в жизни, идущей от века в век.

Правая часть.

«Проводы ополчения».

Тут и сама Евдокия, жена Дмитрия, с малыми детьми у подола, и опять она в ожидании ребенка. Сколько ещё на Руси будут провожать жены мужей и братьев своих? Сколько не вернется их с поля боя? Сколько страдания и горя в лицах женщин и стариков. Но в них и гордость за своих мужей  и вера в их возвращение.

— А теперь попробуем сформулировать главную мысль этого произведения:

Главная мысль: Мужество и стойкость народного характера перед лицом грозного испытания.

Заключение к 1 уроку.

Юрий Ракша писал эту картину до последнего своего часа, словно приказывая себе жить, пока не закончит труд.

В день, когда его не стало, картину привезли в Третьяковскую галерею.

Глядя на эту картину, кажется, что сама фигура художника встала в ряд образов.

Триптих «Поле Куликово» поднял своего художника на такую высоту, с которой стало видно, что сделал этот человек в жизни. Полотно за него ответило:

-Кто я? – Я часть истории.

— Откуда я? – Я с Земли Русской.

— Для чего я? – Я для людей Русских.

Строки А. Блока стали созвучны  мыслям Ю. Ракши.

(Чтение стихотворения А. Блока «На поле Куликовом» 1 часть.)

События и символы стихотворения.

Река раскинулась, течет – движение, жизнь, жизненный путь.

О Русь моя!  Жена моя! Ясен путь – путь свободы (жена – очень ласково)

Тоска, мгла – ее победить. Прошлое и настоящее поколения сменяются, но Россия вечна.

Домчимся сквозь кровь и пыль – в картине очень много красных тонов. Природа сопричастна: « ждут, идут испуганные тучи, закат в крови, из сердца кровь струится» — кровь – символ страдания.

Перекличка разных видов искусства. И раз борьба, значит,  кровь, страдания, смерть. Без крови и смерти битва только с собой. У нас у каждого есть свое Куликово поле.

— Можно ли связать эту картину с современностью? Приведите примеры.

Урок 2.

Итак, мы выяснили, что гл. мысль художника – показать русских людей перед страшным событием – Куликовской битвой. В вашем сочинении всё: последовательность, словарь, какой вы будете использовать,- должно быть подчинено раскрытию главной мысли.

Теперь продумаем последовательность описания картины. Т.к. это триптих, мы можем работать последовательно с каждой частью, начиная с центральной.

Составляем таблицу, заполняя её вместе с учениками, записываем в тетрадь.

План Рабочий материал Словарь
Дмитрий Донской и воиныСтягиЛошадь, жеребёнокРека ДонУтроТравы I.Центральная часть.»Предстояние».Надел платье простого воина, освещены первыми лучами солнца, в решающий час предстояния перед битвой.Золотой лик Спасителя на алом стяге, великокняжеская хоругвь, Золотой Спас. Спас Нерукотворный.Чувствует предстоящее сражение, беспокойна. Жеребенок – символ молодой, свободной России.За спиной блестит река, за ней Родина, которую надо отстоять.8 сентября 1380 года. Первые лучи рассеяли утренний туман.Полны росы, высоки. Тога— плащ.Кольчуга.Бердыш— старинное холодное оружие, топор с лезвием в виде полумесяца, на длинном древке.Хоругвь— полотнище, укрепленное на длинном древке, которое носят при военных походах.Тога— покрывало, длинный плащ.Кольчуга – старинный воинский доспех в виде рубахи из металлических колец.
ДевочкаСергий РадонежскийКнязь Дмитрий Донской.Храм II. Левая часть. «Благословение на битву».Светловолосая, голубоглазая – символ вечного женского горя в час прощания.Мудрый старец. Благословил Дмитрия Донского, смотрит вдаль, будто провидит будущее, предсказал победу и потери великие.Коленопреклоненный, благословение укрепило дух. Может быть, это прощание с Родиной, последний поклон.На возвышенности. Символ веры в будущее; обнесен тыном. Радонеж – город в XIV-XVI в.в. ныне Загорск.Тын – сплошной забор из жердей, бревен.
Жена ЕвдокияЖенские образыСтарикОполченцыСтены КремляРека III. Правая часть. «Проводы ополчения».В ожидании ребенка, обняла своих детей. В глазах горе, но и гордость за мужа, вера в его возвращение.Жены. Матери и сестры в который раз провожают здесь воинов. Кто в слезах, кто уже выплакал все.Душой с ополченцами; рука, грозящая врагу и ободряющая ратников.Выходили к Москве-реке, войско конное. Будто слышны трубные звуки, воодушевлены предстоящей битвой за свободу родной земли. Собрались князья со своими дружинами, понимая силу Москвы; оставили мирную жизнь.Белокаменная Москва, высокие стены, возведенные Дмитрием ДонскимНа отлогих берегах мостки, на которых стирают бабы белье, баньки, суда купцов – все оставили ратники, уходя защищать землю Русскую Посох – длинная палка для опоры при ходьбе.
Горизонт Единый для всех частей горизонт объединяет и Москву, и Радонеж, и поле  Куликово. Все это – Родина.

Работа в группах.

Задание: составить устное сочинение по одной из частей триптиха Ю.Ракши, включив в него элементы описания и повествования. (Группы по жребию выбирают одну из частей триптиха и готовятся в течение 5-7 минут.)

Читайте также:  Описание картины питера брейгеля старшего «художник и знаток»

Проверка устной работы каждой группы.

Выставление оценок за работу на уроке.

Домашнее задание: Написать сочинение-описание по картине Ю.Ракши «Поле Куликово».

Источник: https://nsportal.ru/shkola/russkiy-yazyk/library/2013/10/24/urok-russkogo-yazyka-podgotovka-k-sochineniyu-po-kartine

Звезда Юрия Ракши. Часть 1

Опубликовано 02.12.2010 03:00 Автор: Анатолий Черкалихин

От ранних воспоминаний об отце у Юрия навсегда сохранится в памяти лишь запах ремня, шинели и скрип портупеи. Останется от военного детства и вкус картофельных очисток. Голодали страшно. Сестра, приходя из детского сада, по-детски непосредственно делилась с мамой радостью — что в садике делали, чем кормили.

Юра, забившись в угол, тихонько всхлипывал: «Ну что она рассказывает, и так есть хочется». Лишь однажды он мог бы наесться как следует: как-то на Новый год подарили Юре пакет пряников — немысли­мая роскошь! Предвкушая домашний пир, он даже не притронулся к ним, так и понес.

И если можно говорить о жестоком ударе судьбы, когда дело касается всего лишь пакетика сладких пряников, то удар был нанесен со всей показательной жестоко­стью. Счастливого Юру остановили маль­чишки, стали отнимать пакет. Каким-то чудом он вырвался и побежал.

Но, чтобы оторваться от преследователей, вполне рассудительно стал кидать по одному пря­нику, как говорится, на драку-собаку. Но дорога оказалась слишком длинной — пряники кончились…

В самые тяжелые первые военные годы, как и у всех детей в таком возрасте, появилось у мальчика фантастическое при­страстие к рисованию.

Кирпичом выводил узоры на асфальте, раздобытым по случаю кусочком мела черкал на досках сарая, который чисто по-уфимски важно назы­вали каретником (через много лет Ракша с удивлением обнаружил, что слово это напрямую связывается с каретой, они же хранили в своем каретнике дрова да кар­тошку в погребе. Лишь один год в нем квартировала коза).

Заполучив где-нибудь огрызок карандаша, Юра буквально забы­вался — рисовал на стенах, обрывках газет или листочках численника. Вся крышка бабушкиного сундука изнутри была укра­шена художествами 4-5-летнего внука.

Когда мать отвела его в первый класс в Новый городок (нынешняя улица Рус­тавели — Цэсовская гора) — там располагалась школа, с ним приключилась беда: украли карандаш. Самый что ни на есть простой, копеечный.

Но другого у Юры не было, а взять было негде. Горе юного рисовальщика было безмерным. Плакал неделю, мать даже в школу его не пускала. А потом по совету врача и вообще решила: пусть еще год посидит дома, окрепнет.

Той осенью, пожалуй, и повадился мальчик бегать на Белую — на Висячий камень. Или туда, куда мать водила их с сестрой по весне за подснежниками и диким луком: сначала в горку, потом миновать поле, трамвайный путь, лесок и перейти по мостку через прорытое давным-давно для железной дороги ущелье.

И вот они — милые коренастые дубки над почти непод­вижной далеко внизу рекой. Много лет спустя эти деревья будут сниться ему, напо­миная о детстве, о родине. Много раз воспроизведет он их по памяти в своих работах.

«Моя малая родина станет и уже стала частью всего большого, открывшегося мне в моей жизни, частью всего мною сделанного, частью меня самого», — писал уже получивший огромную известность художник.

А поселились Теребиловы на Цэсовской горе в разгар строительства новой промзоны. Родившийся на Украине Мефодий Артемьевич, познав «прелести» коллективизации (его семья попала под раску­лачивание и после долгих злоключений оказалась под Белебеем), устроился закуп­щиком в Торгсин.

Мотался по деревням, меняя закордонные «шмотки» и продукты на золото и драгоценности. В «пуховых» оренбургских краях нашел свою ненаглядную. Округлые плечи и руки, круглое лицо — было что-то в ней от кустодиевских жен­щин, только вот скрывались под кажущейся пышностью крестьянские натруженные мышцы.

Знал бы кто тогда, что станется с этой красотой в войну!

Юрий Ракша. Рожденным – жить. 1971.

Едва ли не сразу после свадьбы увез Мефодий свою жену-казачку под Уфу — на новую стройку. Устроился на фанер­ный комбинат, только что появившийся у станции Черниковка. Для рабочих были выстроены двухэтажные дома, вполне современные для тех лет, хотя и деревянные. По сей день некоторые из них стоят непода­леку от «фанерки». А в 1937 году в семье появился первенец.

В 39-м, когда Юре не было и двух, отца забрали на финскую. Перед второй войной — Отечественной — у мальчика поя­вилась сестренка Валя. На этот раз, уходя воевать, Мефодий Артемьевич вынужден был оставить семью на долгие десять лет — можно сказать, все детство Юрия прошло без отца.

О голоде Юра забывал, лишь доставая свою любимую «Историю гражданской войны в СССР» — большущий том красного цвета, неизвестно как попавший к нему. Книга была богато иллюстрирована. Но больше всего мальчику нравились в ней широченные поля. «Окна в нашей барачной комнате завешаны черным — светомаски­ровка, холодно, а я сижу и рисую свои собственные баталии», — вспоминал художник.

Приятели подсказали будущему художнику — Юре, что в посел­ке Моторном в Доме культуры имени Кали­нина работает изостудия. Пешком — а путь не самый близкий — он чуть ли не каждый день стал бегать в студию и к ее руководи­телю — художнику Геннадию Васильевичу Огородову.

К тому времени фанерный чемоданчик юного художника уже был полон вырез­ками из «Огонька»: Саврасов, Левитан, Серов. Репродукции Нестерова трогали душу мальчика больше всего: вокруг он видел те же нестеровские холмы, те же реки. Даже рябины и елочки на работах знаменитого уфимца казались ему знакомыми и почти родными.

И повторение пути художника-орденоносца к вершинам высо­кого искусства Юра и для себя стал пред­ставлять вполне возможным.

Юрий Ракша. Поэт Арсений Тарковский. 1978.

Не мог он, подобно сверстникам, но­ситься по окрестным полям, таскать яблоки из ближних садов, жечь костры на косо­горе. Если не рисовал, то работал с матерью и бабушкой на картофельном поле, помо­гал взрослым обивать строящиеся дома дранкой под штукатурку.

Жизнь его стано­вилась все определеннее, насыщеннее. Иногда он даже проявлял нетерпение. Сест­ра Валя была излишне, по его мнению, вертлява — а ведь она в ту пору была глав­ной его моделью.

Искусствовед Валентина Мефодиевна Сорокина сейчас с улыбкой вспоминает, как получала от любимого братца тумаки за свою неусидчивость.

В 1950-м отец увез семью на Украину, куда его перевели с Сахалина. Вернулись лишь через три года. Юра как раз окончил семилетку, подумывал идти на отцовскую «фанерку». Но, как писал он сам позднее, «дальнейшее проходило под знаком неве­домой звезды».

Черной летней ночью 1954 года вдоль древнего Сибирского тракта — как раз там, где через несколько лет протянется лента проспекта Октября, полз кажущийся игрушечным среди необъятных картофельных полей маленький трамвай.

Подозритель­ного вида типы, словно выдавленные из темноты, вскакивали в вагончик прямо на ходу, хмуро озирались и немного удив­ленно останавливали взгляд на неожидан­ных для столь позднего часа пассажирах у задней площадки, от страха прижавшихся друг к другу: не старой еще женщине и худеньком подростке лет пятнадцати. Времена были лихие, можно сказать, без­временье.

Совсем недавно умер великий вождь, а до хрущевской «оттепели» еще надо было дожить. Такая поездка была полным безумием — могли и ограбить, и просто зарезать.

Потом был поезд в Москву: под голо­вой — облезлый фанерный чемоданчик, в голове — мечты о будущем вперемешку со слабой надеждой вернуться к маме.

Неукротимое желание стать художником пересиливало все: и появляющиеся сомнения, и слезы.

Так начиналась дорога к славе Юры Теребилова, получившего позднее широкую известность как великий художник Юрий Михайлович Ракша.

Юрий Ракша. Тальник. 1973.

Отпустить сына одного в далекую и пу­гающе чужую Москву — мало кто решился бы на такое. А мать, собравшая на билет последние деньги, верила в талант своего Юрочки и не слушала соседей, нагонявших страхи.

Да, конечно, в свои семнадцать и сама она лишь со стареньким баулом прие­хала из родной оренбургской деревни на Магнитку. Но подалась она туда не от хоро­шей жизни. То были годы первых пятилеток, пора безудержного энтузиазма моло­дежи. И, одновременно, время разорения деревни.

И разве можно сравнивать креп­кую крестьянскую девушку и худенького, с прозрачной кожей паренька, который за всю свою жизнь, может, и не наедался еще ни разу досыта. Хрупкому и беззащитному — ох и доставалось ему от мальчишек.

И обижали-то ведь не со зла или за провин­ность какую: просто от его безответности кулаки у сорванцов чесались. Именно тогда и появилось и стало расти в Юре чувство какой-то обособленности, отрешенности даже.

Вернувшаяся из пионерского лагеря Валя брата дома не застала. «Юра уехал в Москву учиться в художественной школе», — объяснила мать.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ… Звезда Юрия Ракши. Часть 2.

Анатолий Черкалихин

Источник: http://artageless.com/artists-russian-zvezda-yuri-rahkshi-past-1-262

Ссылка на основную публикацию