Описание картины жана батиста симеона шардена «прачка»

Шарден Жан-Батист Симеон

    Шарден Жан-Батист Симеон Французский живописец, один из известнейших художников XVIII столетия и один из лучших колористов в истории живописи, прославившийся своими работами в области натюрморта и жанровой живописи.

Другие известные живописцы

Жан-Батист Симеон Шарден родился 2 ноября 1699 года в Париже, в семье резчика. Родители сочувственно относились к его первым успехам в рисовании, а затем отдали сына для обучения живописи в мастерскую Пьера Жака Каза, где в течение нескольких лет он копировал здесь картины. 

Первые настоящие уроки Шарден получил в мастерской Ноэля Никола Куапеля. Помогая учителю исполнять аксессуары в его картинах, он приобрел необычайное искусство изображать всякого рода неодушевленные предметы. Другим его учителем стал художник Ж.-Б.

Ванлоо, привлекший Шардена к работам по реставрации фресок во дворце Фонтенбло. Затем молодой художник поступил в парижскую Академию Св. Луки, чтобы усовершенствоваться в жанре натюрморта. В 1724 году он приобрел почетное звание члена этой Академии.

Впервые он выставил несколько своих работ на выставке молодых художников в 1728 году.

Картины «Скат» (1727) и «Буфет» (1728) имели огромный успех и открыли перед Шарденом двери в Королевскую академию, куда он был принят в качестве «живописца цветов, плодов и характерных сюжетов». 

Тридцатые-сороковые годы — период расцвета творчества художника. Оставаясь верным своему стилю, Шарден вдохновлялся искусством голландских мастеров жанровой живописи, картинами Давида Тенирса и Герарда Доу.

Шарден создает лучшие жанровые композиции, впервые во французском искусстве отобразившие совершенно новый мир — жизнь третьего сословия «Дама, запечатывающая письмо» (1732), «Карточный домик» (ок. 1737), «Женщина, чистящая овощи» (1738), «Прачка» (ок.

1737), «Рукодельница», «Вернувшаяся с рынка» (1739), «Гувернантка (1739), «Трудолюбивая мать» (1740), «Молитва перед обедом» (1744).

Автопортрет

С 1737 года Шарден становится постоянным участником парижских Салонов. Его работы нравятся торговцам картин и критикам, в частности Дидро. В Салоне 1738 года Шарден показал картины «Мальчик-половой» и «Мойщица посуды» (обе 1738), а также два портрета — «Мальчик с юлой» и «Юноша со скрипкой» (обе 1738).

 
Чаще всего художник изображал женщин и детей. Трудолюбивая хозяйка, любящая мать, заботливая гувернантка или дети с их непосредственностью и невинными забавами — вот главные герои Шардена. 

В 1731 году после нескольких лет знакомства Шарден женится на дочери купца Маргарите Сентар. Вскоре у них родится сын Пьер, впоследствии ставший художником, а в 1733 году — дочь.

Но проходит два года, и художника постигает тяжелая утрата, когда в один день умирают и жена, и маленькая дочь. Вновь он женится только в 1744 году.

Его избранницей стала Франсуаза Маргарита Пуже, вдова буржуа. 

Картины Шардена по содержанию камерны, и их небольшой формат оказывается единственно возможным.

Наше внимание концентрируется на ограниченной, но достойной внимания сфере жизни — на теплоте человеческих чувств, на добром согласии, которые царят в семьях скромных парижан.

С благоговением и подлинным лиризмом изображает художник женщину-наставницу, воспитывающую у своих питомцев добрые чувства («Молитва перед обедом», «Гувернантка»). 

Скат (фр. La raie), 1728, Лувр

В 1743 году Шардена избирают советником Королевской академии, а в 1755 году он стал ее казначеем. В 1765 году художника избирают также членом другой академии — Руанской. 

Огромное место в творчестве Шардена, в особенности с пятидесятых годов, занимает натюрморт «Шарманка и птицы» (около 1751), «Надрезанный лимон» (около 1760), «Десерт» (1763), «Кухонный стол», «Медный бак», «Трубки и кувшин», «Натюрморт с атрибутами искусств» (1766), «Корзина с персиками» (1768), «Атрибут музыки». Шарден утверждал в своих картинах ценность и значение материального мира и окружающей реальной жизни. В своих натюрмортах художник ограничивается небольшим числом любовно отобранных предметов, очень скромных и не бросающихся в глаза. 

В результате интриг со стороны недругов здоровье художника было подорвано. Тяжелым ударом для него явилось и внезапное исчезновение сына (1774).

Несмотря на преклонный возраст и болезнь, он продолжал работать, но материальное положение становилось катастрофическим. Мастер вынужден был продать свой дом.

Отказавшись от казначейских дел в Академии, он решил остаток сил отдать живописи. 

«Мыльные пузыри» (1733-1734, Национальная галерея искусства)

Шарден пишет в технике пастели два замечательных портрета — «Автопортрет с зеленым козырьком» и «Портрет жены» (оба 1775 г.). 

После долгой болезни Шарден умирает 6 декабря 1779 года. 

История жизни Жана-Батиста Шардена

Шарден писал натюрморты на протяжении всей своей жизни. После 1733 он обратился также к жанровым композициям. Именно благодаря им он стал известен по всей Европе. Большинство этих картин изображает занятых домашними делами или отдыхающих женщин, играющих детей.

Шарден почти не писал портреты, хотя некоторые его жанровые сцены являются по существу скрытыми портретами. В старости ухудшение зрения заставило его перейти от масляной живописи к пастели, и он исполнил в этой технике несколько автопортретов, а также портреты жены и друзей.

Умер Шарден в Париже 6 декабря 1779. 

«Серебряный кубок» (ок. 1728, Музей искусства Сент-Луиса, США, штат Миссури)

Несмотря на небольшие размеры и непритязательность сюжетов, картины Шардена отличаются глубиной замысла и тонкостью трактовки образа.

Критики всегда отмечали его изысканный колорит и мастерское владение кистью, в особенности характерный метод наложения красок, когда цветовые пятна кладутся рядом друг с другом или в несколько слоев, образуя подобие мозаики.

Поверхность предметов, которые пишет Шарден, кажется одновременно и поглощающей, и отражающей мерцающий свет; пастозные мазки подчеркивают структуру изображенных предметов. Колорит в его картинах несколько приглушенный, свет мягкий и рассеянный, фактура предметов передана очень тонко и виртуозно.

Предметы, изображенные в натюрмортах Шардена, никогда не бывают чересчур роскошными и красивыми, а их расположение кажется случайным. Персонажи его жанровых сцен свободно и естественно размещаются в пространстве. Эффект ничем не нарушаемой целостности картины достигается благодаря точной передаче рефлексов, отбрасываемым предметами теней, характерных поз или взглядов персонажей. 

«Молитва перед обедом» (1744, Государственный Эрмитаж)

Современники Шардена говорили о нем как о продолжателе традиции голландских и фламандских мастеров натюрморта и бытового жанра 17 в., и он, должно быть, хорошо знал творчество этих художников. Шарден обогатил эту традицию; он внес в свои жанровые сцены оттенок изящества и естественности.

Картина «Натюрморт с атрибутами искусств» (1766 г., Государственный Эрмитаж) выполнена по заказу Екатерины II для строившегося в Петербургездания Академии художеств

Источник: http://tunnel.ru/post-sharden-zhan-batist-simeon

Жан батист шарден

Шарден был крупнейшим художником реалистом своего времени.
Рену в некрологе писал: «Невольно кажется, что он имел глаза, устроенные наподобие призмы, чтобы различать различные цвета предметов, неуловимые переходы от света к тени. Никто лучше его не владел магией светотени».

Жан Батист Симеон Шарден родился 2 ноября 1699 года в Париже, в семье мастера резчика по дереву, выполнявшего сложные художественные работы. Родители сочувственно относились к его первым успехам в рисовании, а затем отдали сына для обучения живописи в мастерскую Пьера Жака Каза.

В течение нескольких лет он копировал здесь картины, среди которых были произведения церковного содержания. Первые настоящие уроки он получил в мастерской Ноэля Никола Куапеля.

Помогая учителю исполнять аксессуары в его картинах, он приобрел необычайное искусство изображать всякого рода неодушевленные предметы.

Одним из его учителей стал художник Ж. Б. Ванлоо, привлекший Шардена к работам по реставрации фресок во дворце Фонтенбло. Затем молодой художник поступил в парижскую Академию св. Луки, чтобы усовершенствоваться в жанре натюрморта.

В 1724 году он приобрел почетное звание члена этой Академии. Впервые он выставил несколько своих работ на выставке молодых художников в 1728 году.

Картины «Скат» (1727) и «Буфет» (1728) имели огромный успех и открыли перед Шарденом двери в Королевскую академию, куда он был принят в качестве «живописца цветов, плодов и характерных сюжетов».

Тридцатые–сороковые годы – период расцвета творчества художника. Оставаясь верным своему стилю, Шарден вдохновлялся искусством голландских мастеров жанровой живописи, картинами Давида Тенирса и Герарда Доу.

Шарден создает лучшие жанровые композиции, впервые во французском искусстве отобразившие совершенно новый мир – жизнь третьего сословия: «Дама, запечатывающая письмо» (1732), «Карточный домик» (около 1737), «Женщина, чистящая овощи» (1738), «Прачка» (около 1737), «Рукодельница», «Вернувшаяся с рынка» (1739), «Гувернантка» (1739), «Трудолюбивая мать» (1740), «Молитва перед обедом» (1744).

С 1737 года Шарден становится постоянным участником парижских Салонов. Его работы нравятся маршанам (торговцам картин) и критикам. Дидро восторженно пишет о нем: «Вот кто умеет создавать гармонию красок и светотени! Не знаешь, на какой из этих картин остановить свой выбор, – они равно совершенны… Это сама природа, если говорить о правдивости форм и цвета». В Салоне 1738 года Шарден показал картины «Мальчик половой» и «Мойщица посуды» (обе – 1738), а также два портрета – «Мальчик с юлой» и «Юноша со скрипкой» (обе – 1738).

Чаще всего художник изображал женщин и детей. Трудолюбивая хозяйка, любящая мать, заботливая гувернантка или дети с их непосредственностью и невинными забавами – вот главные герои Шардена.

Так, на картине «Прачка» изображена женщина, стирающая белье, и сидящий рядом с ней мальчик, пускающий через соломинку мыльные пузыри. Солнечный блик играет на мыльном пузыре и видны переливы разных оттенков на пене.

В 1731 году после нескольких лет знакомства Шарден женится на дочери купца Маргарите Сентар. Вскоре у них родится сын Пьер, впоследствии ставший художником, а в 1733 году – дочь.

Но проходит два года, и художника постигает тяжелая утрата, когда в один день умирают и жена, и маленькая дочь. Вновь он женится только в 1744 году. Его избранницей стала Франсуаза Маргарита Пуже, вдова буржуа. Но и здесь Шардена поджидает новая беда – погибает ребенок от нового брака.

Несчастья в личной жизни не отразились на творчестве художника. В 1730–1740 годы он создает свои лучшие картины, впервые во французском искусстве отображавшие простых парижан.

«…отказ от развлекательности и нарочитых эффектов, преданность натуре, изображение людей и вещей такими, какими их можно видеть в жизни, но какими их никогда до этого не изображали художники Франции, привлекали внимание к этим произведениям. Картины Шардена по содержанию камерны, и их небольшой формат оказывается единственно возможным.

Наше внимание концентрируется на ограниченной, но достойной внимания сфере жизни – на теплоте человеческих чувств, на добром согласии, которые царят в семьях скромных парижан. Этим настроением проникнута почти каждая его работа. С благоговением и подлинным лиризмом изображает художник женщину наставницу, воспитывающую у своих питомцев добрые чувства.

И это обращение к разуму ребенка, забота о его нравственном воспитании, о соблюдении им норм поведения характерны и типичны для времени распространения просветительных идей («Молитва перед обедом», «Гувернантка»)», – пишет Ю.Г. Шапиро.

В 1743 году Шардена избирают советником Королевской академии, а в 1755 году он стал ее казначеем.

В 1765 году художника избирают также членом другой академии – Руанской. Огромное место в творчестве Шардена, в особенности с пятидесятых годов, занимает натюрморт: «Шарманка и птицы» (около 1751), «Надрезанный лимон» (около 1760), «Десерт» (1763), «Кухонный стол», «Медный бак», «Трубки и кувшин», «Натюрморт с атрибутами искусств» (1766), «Корзина с персиками» (1768).

Умение краской передать материальность каждой вещи вызывало восхищение Дидро. Мастерство Шардена он называл колдовством. Дидро писал: «О, Шарден, это не белая, красная и черная краски, которые ты растираешь на своей палитре, но сама сущность предметов; ты берешь воздух и свет на кончик своей кисти и накладываешь их на холст».

Шарден утверждал в своих картинах ценность и значение материального мира и окружающей реальной жизни. В своих натюрмортах художник не любит пышных и декоративно перегруженных композиций. Он ограничивается небольшим числом любовно отобранных предметов, очень скромных и не бросающихся в глаза.

Его натюрморт «Атрибуты искусств» отличается простотой, уравновешенностью композиции и материальной определенностью предметов. Прелесть полотна заключается в пронизывающем его спокойном и ясном чувстве гармонии, где сдержанная, сероватая красочная гамма так тонко соответствует обыденности и в то же время изысканности избранных вещей.

Вводя нас в тихую и серьезную атмосферу художественной мастерской, эти предметы должны были в то же время создавать как бы аллегорический образ наук и искусств. Шардену принадлежит целый ряд натюрмортов подобного рода, таких как «Атрибут музыки». Основой шарденовской палитры является серебристо серый тон.

Рафаэлли дал прекрасное объяснение этому предпочтению художника: «Когда вы срываете плод – персик, сливу либо гроздь винограда, вы видите на нем то, что мы называем пушком, особый вид серебристого налета. Если вы положите такой плод на стол, свет, игра рефлексов от окружающих его предметов придадут его окраске сероватые оттенки.

Наконец, воздух, с его голубовато серым тоном, окутывает все предметы. Это приводит к тому, что самые интенсивные краски природы как бы купаются в повсюду разбросанных лиловато серых оттенках, которые видит лишь тонкий колорист, и именно наличие такой сероватой гаммы позволяет нам опознать хорошего колориста.

Колористом отнюдь не является тот, кто кладет на холст много красок, а лишь тот, кто воспринимает и фиксирует в своей живописи все эти сероватые оттенки.

Шардена следует рассматривать как одного из наших величайших колористов, так как среди наших мастеров он не только тоньше всех видел, но и умел лучше всех передавать те нежнейшие сероватые оттенки, которые порождены светом, рефлексами и воздушной средой». В результате интриг со стороны недругов здоровье художника было подорвано.

Тяжелым ударом для него явилось и внезапное исчезновение сына (1774). Несмотря на преклонный возраст и болезнь, он продолжал работать, но материальное положение становилось катастрофическим. Мастер вынужден был продать свой дом. Отказавшись от казначейских дел в Академии, он решил остаток сил отдать живописи.

Мастер пишет в технике пастели два замечательных портрета – «Автопортрет с зеленым козырьком» и «Портрет жены» (оба – 1775 г.). «Первое впечатление от автопортрета – ощущение необычности. Художник изобразил себя в ночном колпаке, с небрежно завязанным шарфом – он выглядит типичным домоседом бюргером, который мало следит за собой, стар, добродушен, немного курьезен. Но уже в следующее мгновение, когда зритель встречается с его взглядом, недоумение исчезает… Мы узнаем художника, который также внимательно, спокойно и серьезно всматривается в жизнь, чтобы утвердить своим поэтическим талантом на основании жизненного опыта лишь то, что разумно, полезно, гуманно», – пишет Ю.Г. Шапиро.

После долгой болезни Шарден умирает 6 декабря 1779 года.

Источник: http://megaznanie.ru/index.php/encyclopedia/art/1140-2010-07-09-09-14-44.html

Читать

Императорский Эрмитаж нельзя рассматривать (подобно Берлинскому музею) как систематическое пособие к изучению истории искусства. Характер коллекции отражает скорее личные вкусы русских государей или тех коллекционеров, собрания которых целиком вошли в состав Эрмитажа.

Кроза [1], Брюль [2], Вальполь [3], Екатерина II и Николай I каждый привнесли свою часть для создания того, что сделалось главным музеем Российского государства. Однако в этом собирании они не руководились целью дать полную картину истории живописи, но лишь искали окружить себя превосходными предметами.

Двухвековое собирательство в совокупности объяло все же значительные области художественного прошлого. Некоторые эпохи и страны представлены у нас с достаточной полнотой. Но есть в Эрмитаже и большие пробелы, к сожалению, как раз в тех отделах, которые особенно интересуют современное общество.

Отсутствуют итальянские “прерафаэлиты”, малочисленны старые нидерландцы XV и англичане XVIII века, наконец, даже в богатом собрании голландцев и фламандцев недостает таких мастеров, как Вермеер, Гоббема, К. Фабрициус, П. Брейгель старший, Троост и другие.

Тем не менее, собираясь ознакомить посетителя с картинами Эрмитажа, мы выбираем историческую систему — как наиболее удобную. Только нужно оговориться: можно (и даже следует) рассматривать историю искусства как одно большое целое для всех стран, имевших однородную культуру.

Великие переживания искусства, известные под названиями: Возрождение, барокко, классицизм, реализм и т. д., были явлениями общими для всей европейской жизни последних шести веков и принимали, сообразно с условиями местностей, лишь различные оттенки.

Однако было бы трудно ориентироваться в Музее, размещенном по так называемым “школам” (или, иначе говоря, по странам и народам), если бы мы выбрали строго исторический способ изложения.

Поэтому мы делим и наш путеводитель на “школы”, предупреждая, однако, читателей, что самое представление о каких-то школах, растянутых на многие века, есть фикция и что чаще больше общего между представителями разных школ, живших в одно время, нежели между представителями одной и той же школы, разделенными веками.

Историю живописи “новой истории” начинают обыкновенно с Италии, и это понятно, потому что на Аппенинском полуострове обозначились первые признаки той культурной весны, которую принято называть Возрождением — Ренессансом. Под этим названием не следует, однако, видеть возобновления греко-римской древней культуры и искусства.

Возрождение готовилось издавна, как только общественность стала снова входить в русло после катаклизма переселения народов и с распространения христианства, когда снова стали расти материальное благополучие и энергия духовной жизни. К концу XII века “весна” эта обозначилась в Италии, где преемственность образованности никогда вполне не прерывалась.

Одним из ее главных выразителей явился вернейший сын церкви св. Франциск Ассизский (1182 — 1226), заставивший Европу забыть о давящем кошмаре церковного порабощения и вспомнить о благословенной прелести жизни, о широкой воле, о милых радостях.

Нищенствующие францисканцы, пошедшие по всему миру разглашать откровения своего учителя, приблизили снова Спасителя к человеку и разрушили суровое наваждение, заставлявшее в Христе и во всем Царстве Небесном видеть недоступный, надменный двор с неподвижным этикетом.

С исчезновением же строгости снова могла взыграть жизнь, снова возникла мечта о свободном развитии как отдельных личностей, так и целых общественных групп. Возродилась наука и дерзость ее исследования, а вместе с тем вспомнились забытые учителя, древние философы, поэты и художники.

Когда из одоленной турками Византии явились в Италию ученые с драгоценными манускриптами и традиционными знаниями, они нашли на новой родине не школьников, а ревностных и зрелых деятелей. Возрождение началось не в 1453 году (когда пал Константинополь) и не тогда, когда стали впервые откапывать античные статуи, а когда жизнерадостное миропонимание, свойственное античной культуре, стало снова близким, когда человечество снова познало себя и обрадовалось своему знанию.

Нельзя приурочить грандиозную помощь, которую оказало пластическое искусство в этом завоевании и благословении жизни, к какому-либо одному имени. Не Чимабуе (XIII в.

) один и первый нарушил сковывавшие традиции “византизма”, но сотни и сотни требований, сотни и сотни вдохновений, выразившихся как в картинах, фресках, миниатюрах, так и в целых сооружениях.

Ведь и северная “готика” есть такое же утверждение радостного упования в Бога, бытия в Боге и в то же время такой же протест против тусклого церковного страха, как проповеди Франциска или Мадонны Чимабуе и Дуччио.

“Вольные каменщики” и полчища художников, помогавших им свести небо на землю, были по существу такими же врагами церковного рабства и такими же фанатиками просветления в красоте, как первые гуманисты. Гениальная прозорливость римских первосвященников сказалась в том, что они приняли этих протестантов в свое лоно, сделали их своими ближайшими детьми и слугами.

Отражение в живописи первых лучей Возрождения почти не представлено в Эрмитаже.

Слабая позднейшая копия с фрески Кавалини (XIII век), ряд строгих, внушительных икон сиенской и флорентийской школ (частью переданных из бывшего Музея христианских древностей), две ремесленные картины начала XV века (недавно еще без основания приписывавшиеся великому Андреа дель Кастаньо) говорят так слабо об одной из самых “громких” страниц истории, что напрягать своего внимания на изучение их людям, не интересующимся специально данной эпохой, не стоит.

Хорошим примером искусства, близкого к этим “первым примитивам”, может служить только Мадонна “блаженного” монаха Анжелико из Фиезоле (1387 — 1455) с предстоящими святыми Домиником и Фомой Аквинским.

Фра Беато Анджелико. Мадонна с Младенцем, святыми Домиником и Фомой Аквинским. 1424 — 1430

Тихая, слегка грустная нежность струится от этого монастырского образа (вывезенного в 1882 из доминиканского монастыря в Фиезоле) [4], в особенности из несказанно доброго и чистого лика Пресвятой Девы и из серых, однотонных красок. Фра Беато поступил в орден св.

Доминика и не пожелал идти следом за св. Франциском, к сущности которого он был так близок. Но произошло это потому, что уже в первые 150 лет своего существования францисканское монашество успело развратиться и забыть заветы своего основателя, а, с другой стороны, дух св.

Франциска за это время проник во многие другие обители и пленил все пламенные души, за какими рясами они бы ни скрывались. Как раз флорентийские доминиканцы (и среди них такой крупный церковный деятель, как Дж.

Доменичи), оставаясь верными основным принципам своего ордена, были в то же время лучшими из продолжателей святого дела Франциска.

Но если эрмитажная фреска фра Беато — прекрасный пример того одухотворения благодатью, той любовной смиренности, которыми ознаменована первая эпоха Возрождения, то для характеристики того десятилетия, в которое она написана (около 1425), она уже не годится.

Среди яркого, ликующего творчества, которым ознаменовано это время, подобные картины являлись пережитками былого. В самом фра Беато боролись два начала: светское и монастырское.

Он с одинаковым рвением писал как Голгофу, так и небесные празднества, скорбные одежды монахов и переливающиеся крылья ангелов, ужасающую тьму ада и радостную лазурь неба, но, пожалуй, и он писал второе с большим увлечением, и в этом сказалась его принадлежность к XV веку, к жизнерадостному кватроченто, окончательно вырвавшемуся из мрака средневековья.

Фра Беато последний из великих чисто церковных художников, последний “святой” живописец, но он и дитя своего времени, цветущей роскошной Флоренции. Не надо забывать, что его учеником был совершенно светский Гоццоли, великий любитель модных нарядов, торжественных выездов и грандиозной архитектуры.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=180716&p=30

Жан Батист Симеон Шарден: картины, биография художника

Шарден — выдающийся мастер бытового жанра, натюрморта и портрета во французской живописи XVIII столетия. И каждая из его картин проникнута трепетным чувством любви к тому, что видит вокруг себя художник.

Вот «Мальчик с юлой» (1738). Он увлечен своим занятием.

Несмотря на чопорную строгость костюма, пудреный парик по моде того времени, мы угадываем в этом портрете сына ювелира Годфруа непосредственность и живость детского характера.

Опущенные глаза, сжатые губы, напряженная поза передают внутреннее волнение мальчика, которого игрушка оторвала от учения (о нем напоминают книги, чернильница с пером на столе).

В созданных затем бытовых картинах — многие из них посвящены воспитанию детей — Шарден еще более подробно раскрывает сюжет. Мать со вниманием рассматривает вышивку, исполненную ее дочерью, которая стоит рядом, скромно потупив глаза («Трудолюбивая мать»).

Прачка занята своим трудом, а ее сынок, сидящий рядом на маленьком стульчике, пользуется случаем развлечься, пуская пузыри из мыльной пены. Тяжелая работа не портит красоты женщин в картинах Шардена.

Лица его прачек, разносчиц дышат свежестью и здоровьем, на щеках их играет румянец, простая одежда, написанная художником звучными желтыми, синими, зелеными красками, подчеркивает мягко круглящиеся формы фигуры.

Шарден вышел из патриархальной ремесленной среды, его отец был столяром. Строгие, добропорядочные нравы своих родителей Шарден сохранил и в собственной семейной жизни: темы его картин взяты большей частью из его собственного домашнего обихода.

Проникновенный реализм произведений Шардена противостоял прихотливости и вычурности господствовавшего тогда стиля рококо.

Художник не идеализировал своих героев, изображал их без прикрас, но в каждом из них чувствовалось сознание собственного достоинства, особенно в женщинах, занятых мелкими хлопотами по дому, в которых скрывается осуществление великого долга матери и хозяйки.

В сценах обыденного быта художник утверждал значительность образов простых людей, представителей третьего сословия — буржуазии, в ту эпоху еще связанной крепкими нитями с трудовой жизнью.

Искусство Шардена было созвучно идеям философов-просветителей.

Они призывали к нравственной чистоте человека, к целостности и единству семьи, к браку, основанному на любви, мечтали о том, что воспитание «добрых нравов» в семье приведет к улучшению всего общества.

Тот же дух демократизма и ощущение внутренней значительности, что и в бытовых сценах, содержится в другом излюбленном жанре художника — натюрмортах. Изображенные им вещи символизируют прочность и упорядоченность уклада обыденной жизни.

Кастрюля с приоткрытой крышкой, несколько головок лука или яблоки, ступка, бутылка с деревенским вином или миска напоминают о скромной трапезе. Это тот «хлеб насущный», который дблжен быть заработан собственным трудом, за который полагалось возносить благодарность богу.

Моральный (отнюдь не религиозный) смысл натюрмортов Шардена раскрывается в самом подборе вещей, которые художник изображает в картине, в продуманном их расположении на столе, в соотношении размеров поставленного натюрморта и полотна, на котором они изображены, в выборе точки зрения — вещи Шардена не кажутся ни слишком большими, ни слишком маленькими, их можно хорошо рассмотреть, и в то же время они слегка отдалены от зрителя. Хотя каждый из натюрмортов расставлен рукой художника, композиции представляются естественными, и возле них чувствуется незримое присутствие человека. Художник пишет предметы выпукло, светотенью лепя объем, использует сочные, живые краски, но в его натюрмортах нет иллюзионистичности — это строгие портреты вещей, передающие их душу, их сущность — святое назначение служить для поддержания сил человека.
Над своими картинами, особенно над натюрмортами, Шарден работал очень подолгу, всегда в одиночестве. Вначале он стремился оживить жанр натюрмортов, вводя изображения животных, декоративные мотивы. Лишь в период зрелости, в 1850—1860-е годы, художник ограничивается статичным расположением нескольких обыденных предметов, в которых умеет передать философический дух своей спокойной созерцательности.

В натюрмортах особенно ярко раскрывается дарование Шардена-колориста. Художник накладывает краски мелкими мазками, один и тот же цвет он варьирует по насыщенности в различных градациях — валерах, и это создает богатство, переливчатость красочной «ткани».

Шарден замечает, что каждый из предметов не только обладает своим цветом, но окрашен и отблесками цвета вещей, находящихся рядом, — рефлексами. Рефлексы и валеры цвета образуют как бы красочную мозаику в картинах, но в глазах зрителя они сливаются в цветовую гармонию, передающую единство всей картины.

Краски лежат на холсте по-разному: то они образуют шершавую поверхность, сохранившую следы движения кисти художника, то, напротив, сплавляются воедино, создавая ощущение гладкой, полированной фактуры.

Для украшения галереи замка Шуази и музыкального зала Бельвю Шарден написал особую серию натюрмортов, изображающую предметы, связанные с наукой, искусством, музыкой, — атрибуты.

«Атрибуты искусства» представлены в картине из Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина. Здесь в центре картины помещена скульптурная голова античного бога Меркурия, слева и справа — книги, свернутые в трубку гравюры, бумага.

Белый гипс отливает легкими розовато-желтыми и зеленоватыми оттенками, которые контрастируют с насыщенным цветом стола, переплетов книг. Дени Дидро писал: «Вот кто чувствует до конца гармонию красок и рефлексов.

О Шарден! Не белую, красную и черную краски растираешь ты на своей палитре: самую материю, самый воздух и самый свет берешь ты на кончик своей кисти и кладешь на полотно!»
Атрибуты искусства у Шардена — это принадлежности труда художника, к которому он относится с той же строгостью и добросовестностью, как, по его мнению, следовало относиться ко всякой работе.

Каждая из картин Шардена — это вещь, сделанная рукою мастеpa, как вещью является стол или кувшин, сделанный руками ремесленников. Но так же, как любая вещь средневекового цехового ремесленника несла его личное клеймо, каждое из произведений Шардена отмечено печатью его индивидуальности, его взгляда на мир.

В конце жизни Шарден исполнил несколько портретов — своей жены и самого себя. Сделанные в технике пастели, эти произведения столь правдивы и согреты искренностью и задушевностью, что они особняком стоят среди произведений того же жанра, задачей которого в XVIII веке считалось возвеличение образа портретируемого.

В автопортретах, хранящихся в Лувре, Шарден предстает как добрый дедушка, на голове у него ночной колпак, он одет в халат, шея повязана платком, на кончике носа круглые очки. Шарден изображает себя таким, каким он был и на самом деле, — мягким, терпимым и добродушным домоседом, чуждым условностей светской жизни.

Простота и безыскусность в жизни, отразившиеся и в творчестве Шардена, сделали его одним из важнейших представителей французского реалистического искусства. Его творчество является связующей нитью между верностью натуре Луи Ленена и преданностью природе, вдохновлявшей демократических реалистов XIX века.

Картины Шардена

Источник: http://www.artcontext.info/pictures-of-great-artists/55-2010-12-14-08-01-06/1442-sharden.html

ЖивописьЖан-Батист Симеон Шарден

В том же направлении, что и архитектура, эволюционировала французская живопись: традиция парадного строго академического стиля постепенно утрачивала значение. В Академию проникали новые течения. С конца 17 века распространялась чисто декоративная нарядная живопись, возник интерес к колориту, в нем заметно влияние венецианцев, Рубенса, а также голландских мастеров.

Живопись рококо, тесно связанная с интерьером отеля, получила развитие в декоративных и станковых камерных формах.

В росписях плафонов, стен, наддверных панно (дессюдепорт), в гобеленах преобладали пейзажи, мифологические и современные галантные темы, рисовавшие интимный быт аристократии, пасторальный жанр (пастушеские сцены), идеализированный портрет, изображающий модель в образе мифологического героя.

Образ человека утрачивал самостоятельное значение, фигура превращалась в деталь орнаментального убранства интерьера.

Художникам рококо были присущи тонкая культура цвета, умение строить композицию слитными декоративными пятнами, достижение общей легкости, подчеркнутой светлой палитрой, преобладанием блеклых, серебристо-голубоватых, золотистых и розовых оттенков. Одновременно с развитием живописи рококо усиливалась роль реалистического направления; достигли расцвета портрет, натюрморт, бытовой жанр, пейзаж.

Реалистическое направление, развивавшееся параллельно с искусством рококо, в основном выражало идеалы третьего сословия и было различным в своих проявлениях.

Великий реалист 18 века Жан-Батист Симеон Шарден (1699–1779) своим происхождением, образом жизни и искусством был связан с ремесленной средой, с патриархальным бытом и традициями цехового строя.

В скромных жилищах ремесленников художник находил темы для бытовых картин, натюрмортов и портретов. Шарден не получил академического образования. Работа с натуры была основой его творчества.

Шарден находил поэзию в мелочах домашнего обихода, в изображение которых вкладывал теплоту чувств. В «низких», с точки зрения Академии художеств, жанрах живописец Шарден достиг такого совершенства, что был принят в ее члены в 1728 году, в период расцвета рококо.

Центральная тема Шардена – натюрморт. Отталкиваясь от голландцев, Шарден обрел в этом жанре полную творческую самостоятельность, достиг той значительности и содержательности, которых не знали его предшественники. Натюрморт Шардена – это мир домашних, обжитых человеком вещей, ставших частью интимной сферы чувств и мыслей.

Мертвая натура превращалась под его кистью в живую одухотворенную материю, сотканную из тончайших красочных оттенков и рефлексов, окруженную воздухом. Совершенной валерной живописью, отличающейся, по словам Дидро, чисто музыкальной гармонией тона и цвета, художник открыл качественное многообразие вещей, красоту обыденного.

В ранних натюрмортах Шарден увлекался декоративными эффектами («Скат», 1728, Париж, Лувр). В пору зрелости он достиг классической ясности композиции; скупо отбирал предметы, стремился в каждом выявить существенное – его структуру, форму, материальную характерность («Натюрморт с зайцем», до 1741, Стокгольм, Национальный музей).

На полотнах Шардена появились корзинки, кринки, чаны, кувшины, бутылки, овощи, фрукты, битая дичь.

Чаще всего композиции натюрмортов Шардена, развернутые по горизонтали (что позволяет расположить предметы параллельно плоскости картины), непринужденно свободны, но в них чувствуется строгая внутренняя закономерность, построенность. Массы и цветовые пятна уравновешены, ритмично упорядочены.

Мир окружающих человека предметов полон гармонии, торжественности, поражает целостностью живописного видения художника. В «Атрибутах искусства» (1766, Санкт-Петербург, Эрмитаж) в расставленных на столе предметах Шарден нашел то величие, которое царит в пейзажах Пуссена.

В добротности простых, бывших в употреблении вещей проступает культ домашнего очага («Медный бак», около 1733, Париж, Лувр). Через систему световых рефлексов предметы связываются друг с другом и окружающей средой в живописное единство.

Написанные мелкими мазками то плотных, то жидких красок различной светосилы, вещи кажутся окруженными воздушной средой, пронизанными светом. Часто Шарден, не смешивая краски на палитре, накладывал их раздельными мазками на холст. Художник учитывал их воздействие друг на друга при рассмотрении с некоторого расстояния.

1740–е годы – время расцвета жанровой живописи Шардена. Тонко ощущая поэзию домашнего очага с его тихими радостями, наивной непосредственностью, повседневными заботами и мирным трудом, художник впервые в искусстве 18 столетия воссоздал строй жизни третьего сословия. Здесь царят здоровые нравственные устои.

В понимании морали и семьи Шарден сближается с Руссо, противопоставлявшим испорченным нравам аристократического общества чистоту совести и сердца, искренность интимных чувств и добродетельность, сохранившиеся в среде простолюдинов.

В уютных интерьерах художник изображает скромных матерей, исполненных забот о детях и хозяйстве, усердных деловых служанок, сосредоточенно-тихих детей, готовящих уроки, собирающихся в школу, играющих («Карточный домик», 1735, Флоренция, Уффици).

Шарден раскрывает образы своих героев, их жизнь не в событиях, а в типичных состояниях, положениях, привычных позах, в сосредоточенных лицах, взглядах, в окружающей их тишине, порядке. В повседневной жизни простых людей он обретает гармонию («Прачка», около 1737; «Молитва перед обедом», 1744, обе картины – Санкт-Петербург, Эрмитаж).

Шарден строит композиции в неглубоком пространстве, скупо дает выразительные детали, метко характеризующие обитателей. Композиция картины «Прачка» проста и размеренна в ритме, колористическая гамма сдержанная, мягкая.

Отдельные красочные пятна – голубые, розово-красные – даны в тональных переходах, смягчены тончайшей нюансировкой притушенных тонов. Влажный воздух смягчает контуры, связывает формы с окружающей средой. Взор зрителя последовательно переходит от предмета к предмету, от прачки к малышу, пускающему пузыри, к женщине, развешивающей во дворе белье, обнаруживая всюду поэтическую прелесть обыденного.

В 1770–х годах Шарден обратился к портрету, он заложил основу нового его понимания; его привлекали, говоря словами Руссо, «люди сердца», он раскрывал интимный мир человека, создал тип представителя третьего сословия. В «Автопортрете с зеленым козырьком» (1775, Париж, Лувр) художник изображен в своем рабочем костюме, в живо схваченном повороте.

Тень от зеленого козырька усиливает сосредоточенность проницательного и решительного взгляда, обращенного к зрителю. Тесное обрамление рождает впечатление уютного интерьера и вместе с тем подчеркивает объем фигуры, ее монументальность. Старческое лицо исполнено строгости, чистоты, сердечности.

«Автопортрет» – шедевр пастельной техники, в которой предпочитал работать Шарден к концу жизни.
Шарден Жан Батист Картины →

История зарубежного искусства. Далее →

Источник: http://smallbay.ru/artfrance/chardin_creativity.html

Творчество Жан-Батиста Симеона Шардена

Жан-Батист Симеон Шарден родился 2 ноября 1699 года в Париже, в семье мастера резчика по дереву, выполнявшего сложные художественные работы.

Родители сочувственно относились к его первым успехам в рисовании, а затем отдали сына для обучения живописи в мастерскую Пьера Жака Каза.

В течение нескольких лет он копировал здесь картины, среди которых были произведения церковного содержания.

В мастерской Ноэля Никола Куапеля Жан-Батист помогал исполнять аксессуары в его картинах, он приобрел необычайное искусство изображать всякого рода неодушевленные предметы. Одним из его учителей стал художник Ж.-Б. Ванлоо, привлекший Шардена к работам по реставрации фресок во дворце Фонтенбло.

Затем молодой художник поступил в парижскую Академию св. Луки, чтобы усовершенствоваться в жанре натюрморта. В 1724 году он приобрел почетное звание члена этой Академии.

Впервые он выставил несколько своих работ на выставке молодых художников в 1728 году, его картины имели огромный успех и открыли перед Шарденом двери в Королевскую академию, куда он был принят в качестве «живописца цветов, плодов и характерных сюжетов».

Оставаясь верным своему стилю, Шарден вдохновлялся искусством голландских мастеров жанровой живописи, картинами Давида Тенирса и Герарда Доу.

Шарден создает лучшие жанровые композиции, впервые во французском искусстве отобразившие совершенно новый мир – жизнь третьего сословия: «Дама, запечатывающая письмо», «Карточный домик», купить репродукцию картины можно здесь, «Женщина, чистящая овощи», «Прачка», «Рукодельница», «Вернувшаяся с рынка», «Гувернантка», «Трудолюбивая мать», «Молитва перед обедом». С 1737 года Шарден становится постоянным участником парижских Салонов. Дидро восторженно пишет о нем: «Вот кто умеет создавать гармонию красок и светотени! Не знаешь, на какой из этих картин остановить свой выбор, – они равно совершенны… Это сама природа, если говорить о правдивости форм и цвета». В 1731 году после нескольких лет знакомства Шарден женится на дочери купца Маргарите Сентар. Вскоре у них родится сын Пьер, впоследствии ставший художником, а в 1733 году – дочь. Но проходит два года, и художника постигает тяжелая утрата, когда в один день умирают и жена, и маленькаядочь. Вновь он женится только в 1744 году. Его избранницей стала Франсуаза Маргарита Пуже, вдова буржуа. Но и здесь Шардена поджидает новая беда – погибает ребенок от нового брака. Несчастья в личной жизни не отразились на творчестве художника. В 1730–1740 годы он создает свои лучшие картины, впервые во французском искусстве отображавшие простых парижан.

В 1743 году Шардена избирают советником Королевской академии, а в 1755 году он стал ее казначеем. В 1765 году художника избирают также членом Руанской академии.

Огромное место в творчестве Шардена, в особенности с пятидесятых годов, занимает натюрморт: «Шарманка и птицы», «Надрезанный лимон», «Десерт», «Кухонный стол», «Медный бак», «Трубки и кувшин», «Натюрморт с атрибутами искусств», купить репродукции данных картин можно здесь, «Корзина с персиками». Умение краской передать материальность каждой вещи вызывало восхищение Дидро, мастерство Шардена он называл колдовством. Дидро писал: «О, Шарден, это не белая, красная и черная краски, которые ты растираешь на своей палитре, но сама сущность предметов; ты берешь воздух и свет на кончик своей кисти и накладываешь их на холст».

Шарден утверждал в своих картинах ценность и значение материального мира и окружающей реальной жизни. В своих натюрмортах художник не любит пышных и декоративно перегруженных композиций. Он ограничивается небольшим числом любовно отобранных предметов, очень скромных и не бросающихся в глаза. Основой шарденовской палитры является серебристо-серый тон.

Рафаэлли дал прекрасное объяснение этому предпочтению художника: «Когда вы срываете плод – персик, сливу либо гроздь винограда, вы видите на нем то, что мы называем пушком, особый вид серебристого налета. Если вы положите такой плод на стол, свет, игра рефлексов от окружающих его предметов придадут его окраске сероватые оттенки.

Наконец, воздух, с его голубовато-серым тоном, окутывает все предметы. Это приводит к тому, что самые интенсивные краски природы как бы купаются в повсюду разбросанных лиловато-серых оттенках, которые видит лишь тонкий колорист, и именно наличие такой сероватой гаммы позволяет нам опознать хорошего колориста.

Колористом отнюдь не является тот, кто кладет на холст много красок, а лишь тот, кто воспринимает и фиксирует в своей живописи все эти сероватые оттенки.

Шардена следует рассматривать как одного из наших величайших колористов, так как среди наших мастеров он не только тоньше всех видел, но и умел лучше всех передавать те нежнейшие сероватые оттенки, которые порождены светом, рефлексами и воздушной средой». В результате интриг со стороны недругов здоровье художника было подорвано.

Тяжелым ударом для него явилось и внезапное исчезновение сына. Несмотря на преклонный возраст и болезнь, Жан-Батист Симеон продолжал работать, но материальное положение становилось катастрофическим. Мастер вынужден был продать свой дом. Отказавшись от казначейских дел в Академии, он решил остаток сил отдать живописи. После долгой болезни Шарден умирает 6 декабря 1779 года.

‹‹ к списку статей

Источник: https://holsta.net/articles/tvorchestvo-zhan-batista-simeona-shardena.html

Жан Батист Симеон Шарден (1699—1779)

Жан Батист Симеон Шарден (1699—1779)

живописец картина жанровый шарден

Биография

Жан Батист Симеон Шарден (фр. Jean Baptiste Simeon Chardin; 1699—1779) — французский живописец, который сознательно избегал торжественных и пасторально-мифологических сюжетов, свойственных искусству XVIII века.

Основным предметом его натюрмортов и жанровых сцен является повседневная домашняя жизнь парижских обывателей, переданная в спокойной, задушевной, реалистической манере.

Большой интерес представляют пастельные портреты, исполненные Шарденом на склоне лет.

Ученик П. -Ж. Каза и Ноэля Куапеля, Шарден родился и всю жизнь провёл в парижском квартале Сен-Жермен-де-Пре. Нет никаких свидетельств о том, что он вообще бывал за пределами французской столицы.

Помогая Куапелю исполнять аксессуары в его картинах, приобрёл необычайное искусство изображать неодушевленные предметы всякого рода и решился посвятить себя исключительно их воспроизведению.

В начале своей самостоятельной деятельности писал плоды, овощи, цветы, хозяйственные принадлежности, охотничьи атрибуты с таким мастерством, что любители искусства принимали его картины за работы знаменитых фламандских и голландских художников, и только с 1739 года расширил круг своих сюжетов сценами домашнего быта небогатых людей и портретами.

Он рано стал известен парижской публике как превосходный мастер натюрморта. Бытовой жанр и натюрморт органически связаны в его искусстве как аспекты целостного и поэтически глубокого восприятия реальности.

Вслед за голландцами французский жанрист умел выразить очарование интерьера и тех предметов домашнего обихода, которые окружают человека.

Для своих композиций Шарден выбирал самые обычные предметы — кухонный бак для воды, старые кастрюли, овощи, глиняный кувшин, и лишь изредка в его натюрмортах можно увидеть величественные атрибуты наук и искусств.

Достоинство этих картин — не в драгоценности вещей, которую так любили голландцы, а в их одухотворенной поэтической жизни, в уравновешенности построения, создающих образ гармонического бытия.

В совершенстве владея знанием цветовых отношений, Шарден тонко чувствовал взаимосвязь предметов и своеобразие их структуры. Дидро восхищался тем умением, с которым художник заставляет ощутить движение соков под кожицей плода.

В цвете предмета Шарден видел множество оттенков и маленькими мазками передавал их. Из подобных оттенков соткан его белый цвет. Необычайно многочисленны серые и коричневые тона, которыми владел Шарден.

Пронизывающие полотно лучи света придают предмету ясность и чёткость.

В 1730-х гг. Шарден обратился к жанровой живописи, к повседневным семейным и домашним сценам, полным любви и покоя, удивительной образной и колористической цельности («Молитва перед обедом», 1744).

В жанровых сценах Шарден воссоздал спокойный, размеренный уклад повседневной жизни — то в самые заурядные, но лирически возвышенные моменты, то в эпизодах, имеющих нравственное внутреннее значение.

«Натюрморт с атрибутами искусств» исполнен по заказу Екатерины II в 1766 г.

Картины жанровой живописи, отличающиеся наивной простотой содержания, силой и гармоничностью красок, мягкостью и сочностью кисти, ещё более, чем прежние работы Шардена, выдвинули его из ряда современных ему художников и укрепили за ним одно из видных мест в истории французской живописи. В 1728 г. он был сопричислен к парижской академии художеств, в 1743 г. избран в её советники, в 1750 г. принял на себя должность её казначея; кроме того, с 1765 г. он состоял членом руанской академии наук, словесности и изящных искусств.

В произведениях разных лет и разных жанров, таких, как «Прачка» (1737), «Банка с оливками» (1760) или «Атрибуты искусств» (1765), Шарден всегда остается превосходным рисовальщиком и колористом, художником «тихой жизни», поэтом повседневности; его пристальный и нежный взгляд одухотворяет самые обыденные предметы. В последние годы жизни Шарден обратился к пастели и создал несколько великолепных портретов (автопортрет, 1775), в которых проявил присущую ему эмоциональную тонкость, но также способность к психологическому анализу.

Много для распространения славы Шардена сделали энциклопедисты, которые противопоставляли его «буржуазное» искусство «оторвавшимся от народа» придворным художникам — мастерам эротических и пасторальных виньеток в духе рококо.

Дидро сравнивал его мастерство с колдовством: «О, Шарден, это не белая, красная и черная краски, которые ты растираешь на своей палитре, но сама сущность предметов; ты берешь воздух и свет на кончик своей кисти и накладываешь их на холст!»

«Приблизьтесь — все смешается, станет плоским и исчезнет…» — говорит о них Дидро. Он прав: на малом расстоянии живопись Шардена превращается в хаотическую мозаику разноцветных мазков, перекрещивающихся штрихов, неожиданных пастозных прочерков.

«Говорят, что у него особая, собственная техника и что он столько же пользуется пальцем, сколько кистью, — рассказывает тот же Дидро. — Не знаю, так ли это.

Верно только то, что я никогда не знал ни одного человека, который видел бы, как он работает» /13, 'referat.bookap.info'/.

Но эта «особая, собственная техника», чем бы она ни достигалась, была великим завоеванием Шардена.

Чтобы добиться нужного тона, художник не составлял его механически, смешивая краски на палитре, — он клал на полотно мелкие мазки разных цветов, которые на известном расстоянии от картины сливались.

Происходило оптическое смешение цветов, и зритель видел тот тон, который и искал художник, но раздельность мазков обогащала его живой вибрацией, неуловимыми переливами, легкой воздушностью.

Можно представить себе, какие возможности открывала такая живопись для сюжетных картин, в которые вместе с человеческими фигурами входили движение, жест, настроение.

Казалось бы, Шарден не открывает этими картинами ничего принципиально нового для французской живописи: еще в ХVII веке братья Ленэны писали сцены из жизни ремесленников и крестьян, а одновременно с самим Шарденом то же делают Жора, Лепренс и такие знаменитые мастера, как Фрагонар и Грез.

И тем не менее современники единодушно называют именно его «изобретателем редкого и особого жанра». Они отнюдь не безоговорочно одобряют этот жанр: натюрморты Шардена встречали гораздо более восторженный прием.

Но если ведущие критики порой и относились к его бытовым картинам сдержанно, то у публики эти полотна явно пользовались прочной симпатией: их непрерывно гравировали, многие по нескольку раз, и если художнику случалось написать повторение какой-либо картины с небольшими изменениями, то новый вариант тотчас же находил себе граверов. Этот постоянный спрос на воспроизведения картин служил безошибочным доказательством их широкой популярности. Так уже при жизни Шарден занял в глазах зрителей особое место среди мастеров бытового жанра и сохранил его за собой до наших дней. И это было справедливой закономерностью.

Быть может, главное, что отличает бытовые картины Шардена — это достоверность. Простота, а тем более простонародность персонажей у его соперников выглядела маскарадным переодеванием: пастушки Фрагонара, крестьяне Греза были условными театральными фигурами.

Шарден же никогда не изменяет своей честной и трезвой реалистической манере. Современники недаром замечали, что нет такой женщины третьего сословия, которая не узнала бы на его картинах своего лица, своего образа жизни.

Персонажи Шардена не занимаются кокетливой любовной игрой и не разыгрывают назидательных сцен, — не подозревая о присутствии наблюдателя, они поглощены своими повседневными делами.

Прачки стирают и развешивают белье, а их малыши сосредоточенно пускают из соломинок мыльные пузыри; матери учат дочерей рукоделию или отправляют сыновей в школу; служанки чистят овощи, шьют или приносят с рынка тяжелые корзины; экономки за столом подсчитывают расходы.

В едва намеченных скромных интерьерах течет размеренная и тихая жизнь, не знающая ни драм, ни резких перемен, ни даже волнения. Но она полна особенной скрытой прелести: эти люди бесхитростны и сердечны, их отношения неизменно теплы и естественны, они как бы окружены атмосферой уюта, доброжелательности, ласковой искренности.

Эта поэтическая атмосфера самых будничных сцен особенно замечательна. Свой реализм, унаследованный от прошлого столетия, Шарден обогащает всем, что принес в живопись ХV111 век.

Ни проникновенный лиризм Ватто, ни изысканная декоративность Буше не прошли мимо него бесследно: ни на минуту не теряя самобытности своего «я», он не забывает и о творческом опыте своих современников и предшественников.

Пусть его путь был намечен еще Ленэнами, художник далеко опередил своих предшественников, чьи полотна кажутся рядом с его картинами суровыми, неподвижными, почти отчужденными в своей строгости.

Шарден приносит в домашние сцены открытия ХV111 века: интимную лирику, непосредственность, свободное изящество, непринужденную простоту. Крестьяне Ленэнов были значительнее и сильнее, но в женщинах и детях Шардена несравненно больше теплоты и обаяния.

Такое же обаяние непринужденной интимности Шарден сообщает своему живописному языку. Его композиции при полной естественности стройны и уравновешенны. Они всегда легки: Шарден не загромождает полотно предметами или фигурами, он любит свободное пространство, ясные и спокойные ритмы, сдержанную живость движения.

Героиням художника свойственно непроизвольное мягкое изящество, — достаточно вспомнить тончайшие нюансы в наклоне фигуры, повороте головы молодой матери из эрмитажной «Молитвы перед обедом».

Даже служанки в грубоватых платьях, опираясь на стол или наклоняясь к фонтану, оказываются как бы очерченными гибким и чистым силуэтом, плавными гармоничными линиями.

Нет ничего удивительного, что эти картины производили большое впечатление на самых рафинированных любителей. Шарден имеет непрерывный успех у коронованных коллекционеров — императрицы русской, короля шведского, принца Лихтенштейнского,— у европейской знати и крупнейших финансистов. Но восторг перед художником в самых высших аристократических кругах не должен вводить в заблуждение.

Шарден всю свою жизнь с непоколебимым постоянством остается поэтом и живописцем третьего сословия, его скромного и тихого быта, его несложной и ясной жизненной философии, уюта его домашнего очага и теплоты семейных уз. И если аристократия восхищенно смотрит на такие картины, это лишь доказывает, что отношение к третьему сословию и всему с ним связанному радикально изменилось.

То, что еще вчера считалось низким и недостойным, сегодня увлекает своей новизной. Герцоги стараются залучить в свои гостиные мещанина Руссо и разночинца Дидро, Мария-Антуанетта строит в Малом Трианоне деревенские хижины, а графы и короли с энтузиазмом коллекционируют картины Шардена, — все это звенья одной цепи.

Самим строем и направленностью своей живописи Шарден утверждает то новое, что широко распространится во французском искусстве лишь во второй половине столетия, — эстетическую ценность жизни своего простого современника, человека третьего сословия.

Одним из первых он завоевывает для живописи новые сферы и раскрывает перед ней новые горизонты, совершая эти открытия со скромной естественностью человека, который не отдает себе отчета в значительности своей роли.

Несомненно, появление во французской живописи таких удивительных новаторов, как Шарден, нельзя объяснить, не обратившись к тем необычайно важным сдвигам, которые происходят в это время в духовной жизни страны. Этот период и связанное с ним мощное движение мысли получили название Просвещения.

Картина «Слепой»

В картине «Слепой «очень четко отображена проблема инвалидности. Шарден пытается донести до зрителей все то горе и беду главного персонажа картины.

В отличие от картины Грёза «Паралитик, за которым ухаживают его дети «, в которой отображена забота и уход за инвалидом, в картине Шардена эта беда касается только его самого. Он одинок и беспомощен, просит подаяния у прохожих.

Еще большей беспомощности придает слепому собака-проводник, которая преданно лежит возле своего хозяина. Она является его единственным верным другом. Это говорит о том, что за слепым даже некому присмотреть.

Показать Свернуть

Источник: https://referat.bookap.info/work/78495/ZHan-Batist-Simeon-SHarden

Ссылка на основную публикацию