Описание картины пауло веронезе «пир в доме левия»

Тайная вечеря или Пир в доме Левия

Много-много лет назад, в конце 16-го века, в городе Венеции в церкви Санти–Джованни э Паоло сгорела картина Тициана «Тайная вечеря». Потребовалось её либо восстановить, либо написать новую на этот же библейский сюжет.

Поручили это сделать местному художнику Паоло Веронезе. Хороший был художник Паоло, но, скажем так, увлекающийся. И вот, в процессе работы он несколько увлёкся, в том числе изображением деталей, которых просто не могло быть при Тайном ужине Спасителя.

Посмотрите, что у него получилось. Внимательно посмотрите! Детально!

То, что вы видите, несколько отличается от привычных и канонических изображений Тайной Вечери – последней трапезы Христа с учениками. Если вы удивлены, то представьте, КАК была поражена высокая приёмная комиссия.

Перед её взором предстали непонятные персонажи, одетые как нарядные итальянцы эпохи Возрождения.

Вокруг апостолов находилась разношерстная толпа каких-то вельмож, турок в чалмах, убогих карликов, солдат с алебардами, пьющих вино, слуг с богатыми яствами, беспородных собак, весёлых шутов и даже негров… прошу прощения, афроевропейцев.

Под столом изображена кошка, играющая косточкой. За кошкой внимательно наблюдает собака. На собаку указывает слуга-негритёнок. Но он не просто так пальцем тычет, он отвлекает внимание Иуды от того, как апостол Пётр разделывает ягненка. В общем, пир – горой!

Сами понимаете, что на ТАЙНУЮ вечерю этот веселый венецианский карнавал никак не тянет. Она ж не просто так называется «Тайная»! В Евангелии сказано, как Христос с учениками собрались в доме своего сторонника Симона тихо и секретно, и в тот вечер с ними не было ни самого хозяина дома, ни его слуг. Только Спаситель и апостолы – всего тринадцать человек. Да и накрытый стол был очень скромным.

Сюжет последней трапезы Христа с учениками имеет бесчисленное множество художественных вариантов, от самых простых и строгих, до торжественных. Но так, как изобразил это Паоло Веронезе – еще не писал никто.

Я просто уверен, что приемная комиссия спросила у художника: «И вот этот шумный праздник живота вы считаете ТАЙНОЙ вечерей?»… В общем, Заказчик отнесся к авторским художественным экспериментам без должного понимания, и Веронезе пригласили в Священную Инквизицию на трибунал. Тема беседы – новейшие тенденции и веяния в изобразительном искусстве. Вы не поверите, но до наших времён дошёл протокол заседания этого трибунала от 18 июля 1573 года. Я не могу удержаться, чтобы не процитировать вам некоторые фрагменты из него.

Вопрос Инквизитора: – А что значит нарисованный человек с окровавленным носом?

Ответ Веронезе: – Это слуга, ему дали подзатыльник — такая с ним случилась неприятность.

Вопрос Инквизитора: – А что означают люди, вооружённые алебардами и одетые, как немцы?

Шикарный ответ художника: – Мы, живописцы, пользуемся теми же вольностями, к которым прибегают поэты и умалишённые. Поэтому я изобразил двух вооружённых людей у лестницы: один из них ест, а другой пьёт. Это стражи, и мне казалось, что хозяин богатого дома должен иметь среди челяди таких охранников.

Еще один вопрос Священной Инквизиции: – А вот тот человек с попугаем в одежде шута. Его–то вы зачем нарисовали?

Ответ Веронезе: – Ради украшения сцены…

Из протокола допроса становится понятно, что Веронезе очень вольготно отнёсся к исторической достоверности, и попросту заполнил свободное место на полотне согласно своей бурной фантазии. Смысл его ответов сводился к напыщенному: «Но я же художник – я так вижу! И вообще, нельзя ругать художника за то, что он по-другому видит этот мир!»

Что удивительно, его особо и не ругали. Ну-у, так, пожурили немного. Инквизиторы оказались людьми душевными и толерантными.

Они деликатно объяснили художнику, что время авангарда в искусстве еще не наступило, и надо подождать еще чуток, всего три столетия. Поразительно! Ведь в ту эпоху можно было угодить на костёр за гораздо меньшую провинность.

Святой трибунал вынес гуманное решение: переписать картину за собственный счёт в течение трёх месяцев.

Ха! За свой счет! Придумают же… Злые языки утверждали, что Веронезе изображал на своих массовых полотнах местную знать. Не бесплатно конечно. За толику малую.

Ну, какому вельможе не хотелось оставить свой портрет потомкам, причем совершенно недорого оказавшись в окружении Спасителя?…

И это что же получается: карликов и афроевропейцев еще можно убрать с картины, а куда девать аристократов в пышных одеяниях, от которых уже получил деньги?…

И вот тут художник нашел гениальный выход! Мощнейшая развязка сюжета! Вы ни в жизнь не догадаетесь, что он сделал! А если уже догадались, то вы – тоже гений! Паоло Веронезе не стал ничего переделывать и перерисовывать.

Он просто взял, и дал картине другое название – «Пир в доме Левия». Есть в Евангелии такой небольшой эпизод, в котором Христос присутствовал на пиру у важного богача по имени Левий.

Что интересно, по поводу присутствия в доме Левия турок, карликов, собак, и пьющих вино немцев с алебардами ни Заказчик, ни Священная Инквизиция ничего не возражали.

Вот уже много лет полотно под названием «Пир в доме Левия» украшает отдельную стену в галерее Венецианской академии. А наш современный художник (компьютерный и безымянный причем) под впечатлением от творчества Веронезе, нарисовал вот какой замечательный коллаж (дескать, вот как на самом деле было):

Источник: http://polzam.ru/index.php/istorii/item/212-tajnaya-vecherya-ili-pir-v-dome-leviya

Паоло Веронезе.Брак в Кане Галилейской | Волшебная сила искусства

Сегодня рассмотрим самую большую картину Лувра полотно Паоло Веронезе БРАК в КАНЕ ГАЛИЛЕЙСКОЙ.

О ХУДОЖНИКЕ

Автопортрет

 Паоло Веронезе (настоящее имя Паоло Кальяри) – уроженец Италии, яркий представитель эпохи позднего Возрождения. Художник родился в 1528 году в семье каменотеса в Вероне (отсюда и псевдоним). У Габриеле и Катерины он был пятым сыном.

           К 25-ти годам Веронезе встал на ноги и занялся монументальной живописью. Он был мастером композиции и непревзойденным колористом. Известность к начинающему художнику пришла в 1553 году.

          Его пригласили поработать над украшением Дворца дожей в Венеции. А после росписи плафонов в библиотеке Сан Марко определилась его судьба – с того момента и до конца своих дней Веронезе работал в жанре монументально-декоративной росписи.

    Деятельность Веронезе в Венеции произвела необычайный фурор, он расписывал фрески, храмы, церкви, писал портреты. Практически весь период его творчества прошел именно в Венеции. Его произведения впечатляли, впечатляют и непременно будут впечатлять еще не одно поколение.

      Паоло Веронезе прожил ровно 60 лет. Большую часть своей жизни он провел далеко от дома, в Венеции, там он и умер. 

О КАРТИНЕ

Веронезе.Брак в Кане Галилейской,1563г,Размер картины 660 х 990 см.

           Огромный холст “Брак в Кане”, написанный между 1562 и 1563 годами для монастыря Сан Джордже Маджоре, построенного Палладио, стал первым опытом художника в этом жанре. В 1797 году холст был вывезен французскими войсками в Париж и ныне экспонируется в Лувре.

     Уже для современников художника этот холст стал предметом восторженного поклонения.

В нем все вызывало восхищение: его блистательная сценография, великолепие костюмов, безудержная фантазия, с какой Паоло преобразил евангельское событие, исключительное по богатству и разнообразию цветовое решение, замечательное декоративное единство композиции, которая вновь обрела первозданную красоту после законченной в 1992 году реставрации.

ЗАМЫСЕЛ И ОПИСАНИЕ

    “Брак в Кане” – одно из первых монументальных изображений пиршеств, которыми впоследствии прославился Веронезе.Картину на этот сюжет заказала Веронезе община бенедиктинского монастыря Сан-Джорджо Маджоре в 1562.

        Мастер трудился над ней больше года. В трапезной монастыря, для которой полотно создавалось, оно провисело до завоевания Италии Наполеоном. Чтобы было удобно транспортировать холст, французы разрезали его пополам, после чего сшили уже в Париже.

Темой картины является чудо, совершенное Христом на брачном пире в Кане Галилейской, где он превратил воду в вино.

          «На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики Его на брак. И как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них.

Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте. Было же тут шесть каменных водоносов, стоявших по обычаю очищения иудейского, вмещавших по две или по три меры.

Иисус говорит им: наполните сосуды водою.

             И наполнили их до верха. И говорит им: теперь почерпните и несите к распорядителю пира. И понесли.

Когда же распорядитель отведал воды, сделавшейся вином, — а он не знал, откуда это вино, знали только служители, почерпавшие воду, — тогда распорядитель зовет жениха и говорит ему: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее вино сберег доселе. Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его» (Ин 2:1–11)

              Действо разворачивается на фоне величественных сооружений. Роскошный и обильный пир идет своим чередом.

Среди богато одетых гостей и множества слуг, подающих все новые и новые кушанья, выделяется фигура Христа. Он сидит в центре стола.

Поза его спокойна и напоминает зрителю о другой евангельской трапезе, которой еще только предстоит свершиться, – о Тайной вечере. Впрочем, игра смыслов и подтекстов мало интересует Веронезе.

          Куда больше он увлечен самим духом празднества, пышностью нарядов, яркими красками и живописными деталями. Воссоздавая атмосферу отнюдь не библейского, а современного ему венецианского пира, художник помещает среди пирующих и реальных персонажей.

 Так, дама в голубом, что сидит слева, опершись локтем о стол, – Виктория Колонна. Ее муж, маркиз Альфонсо д 'Альваро, изображен во главе стола в костюме жениха. Невеста и склонившийся к ней мужчина – супруга французского короля Франциска I и сам монарх соответственно. 

В группе музыкантов Веронезе изобразил Тициана, Бассано, Тинторетто и самого себя.

Веронезе.

           При всем многообразии мотивов картина образует единое живописное композиционное целое. Многочисленные персонажи расположены по трем текущим друг над другом лентам или ярусам. Беспокойно шумное движение толпы замкнуто с краев картины колоннами, центр подчеркнут симметрично расположенной вокруг восседающего Христа группой.

Иисус. Помещенный в центре, он председательствует за столом в окружении своих учеников. Справа от него – Дева. У обоих над головами нимбы, и это отличает их от толпы. 

                     Очарование этой картины не в нравственной силе или драматической страстности характеров, а в сочетании непосредственной жизненности и гармонической облагороженности образов счастливо празднующих праздник жизни людей. Полон радостного кипения и колорит картины: свежий, звонкий, с яркими вспышками красного, от розово-сиреневого до винных, огненных и сочных темных гонов.

                Невеста. Она сослана на край стола, находится крайне далеко от Христа слева. Заметьте, как утонченность прически и дороговизна ее платья напоминают нам о роскоши Венеции, а не о Евангелии.

                Смесь святого и светского – такова великая революция живописи Возрождения. Веронезе это удалось, как никому другому. Венецианские чиновники, князья, аристократы, гости в тюрбанах, служители окружают священные фигуры. Религиозные символы, вроде ягненка, почти тонут среди серебряной посуды и роскошных ювелирных изделий

              Сюита красного выступает в сочетании с холодным блеском синих, зеленовато-голубых, а также более теплых с глухим бархатистым звучанием оливковых и коричнево-золотистых тонов. Все это объединяется общей серебристо-голубоватой атмосферой, окутывающей всю картину.

            Особая роль в этом смысле принадлежит белому цвету, то голубоватому, то сиреневому, то розовато-серому в оттенках.

От плотности цвета серебряных амфор и ломко упругих шелков, через льняные скатерти, к голубоватой пепельности белых колонн, пушистости легких облаков, плывущих по влажному зелено-голубому небу лагуны, идет развитие этого цвета, постепенно растворяющегося в общей серебристой жемчужности освещения картины.

                   Шумное кипение толпы гостей, пирующих в нижних ярусах композиции, сменяется изящной грацией движений вырисовывающихся на фоне неба редких фигур верхнего яруса — верхнего балкона лоджии. Все завершается видением далеких причудливых, окутанных дымкой строений и мягко сияющих небес.

Читайте также:  Описание скульптуры микеланджело буанарроти «мадонна брюгге»

Источники.

http://smallbay.ru/artreness/veronese93.html

http://www.artprojekt.ru/gallery/veronensis/Ver02.html

http://www.centre.smr.ru/win/pics/pic0088/p0088.htm

http://www.stm.ru/archive/1348/

Источник: http://maxpark.com/community/6782/content/3714880

Художник и власть Паоло Веронезе. «Пир в доме Левия» | Читать онлайн, без регистрации

Художник и власть Паоло Веронезе. «Пир в доме Левия»

Художник и власть, свобода творчества и диктат заказчика, полет мысли и цензура… Во все времена перед творцами стояла задача сохранить себя, свою индивидуальность и не предать искусство под давлением обстоятельств, как бы это ни было трудно. Удавалось это очень немногим. Идти на компромиссы ведь гораздо легче и безопаснее…

В 1571 году в одном из монастырей Венеции – монастыре святых Иоанна и Павла – случился страшный пожар. Монахам удалось справиться с огнем, но в пламени погибло их сокровище, их гордость – украшавшая монастырскую трапезную фреска «Тайная вечеря», творение великого Тициана.

Монахи, руководимые строгим настоятелем Андреа де Буони, погоревали, погоревали и, решив, что на все воля Божья, задумали заказать новую картину. Вопрос кому не стоял – конечно же, знаменитому Веронезе, он же Паоло Кальяри, ставшему любимцем всей Венеции.

Он еще совсем не стар – ему всего 43 года, но уже успел добиться многого.

Еще в 1555 году он после целого ряда блистательных работ, выполненных во Дворце дожей, церкви святого Себастьяна и библиотеке святого Марка, был признан лучшим художником города – тогда сам Тициан, стареющий, но не потерявший способности видеть и ценить молодые таланты, вручил Паоло золотую цепь, символически передав ему звание официального художника Венецианской республики.

Так Веронезе получил заказ – написать большую картину «Тайная вечеря» для трапезной монастыря святых Иоанна и Павла.

Паоло, увлекшись темой, отставил все дела и приступил к работе, а 20 апреля 1573 года в торжественной обстановке, объявив о ее окончании, передал огромную (5,5 на 13 метров) картину монахам.

Те были вполне удовлетворены – художнику удалось создать яркую, насыщенную светом и цветом композицию.

Прошло три месяца, художник уже был полон другими замыслами, и, казалось бы, ничто не предвещало беды, как вдруг Веронезе получает уведомление, что 18 июля ему надлежит предстать перед судом инквизиции!

Легко представить, что творилось в душе художника. Ему было что терять. У него была чудная семья – очаровательная жена, дочь его веронского учителя Элена Бадиле, четверо детишек. Богатый гостеприимный дом – Веронезе работал много, не испытывал недостатка в заказах, а потому совсем не нуждался.

Друзья с удовольствием приходили к нему в гости, где их всегда ждали щедрое угощение и интересные разговоры обо всем – о политике, об искусстве… И тут такой удар! Инквизиция – что может быть страшнее? Неудивительно, что Веронезе испугался, узнав, что ему предстоит предстать перед священным трибуналом… Оказалось, что причина всему – «Тайная вечеря».

Что же смутило ярых защитников чистоты веры? Что крамольного увидели они в картине Паоло Веронезе?

Тайная вечеря – один из самых главных эпизодов в Священном Писании и один из самых распространенных сюжетов в мировой живописи. Множество художников – среди них и Леонардо да Винчи, и Тинторетто, и другие – вдохновил он на создание замечательных полотен. Упоминание о Тайной вечери есть во всех четырех Евангелиях.

Во время того ужина произошли два важнейших события. Первое – установление Таинства Евхаристии («Приимите, ядите: сие есть Тело Мое». Мф. XXVI, 26). Второе – предсказание Христа о том, что кто-то из учеников вскоре предаст Его («Истинно говорю вам, один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня». Мк. XIV, 18).

На каком из этих моментов вечери сделать акцент, каждый художник решал в соответствии с пожеланиями заказчиков. Обычно живописцы усаживали Иисуса и его учеников по одну сторону стола, каким-то образом выделив Иуду, а рядом с Христом помещали любимого его ученика Иоанна.

Правда, Леонардо позволил себе некую вольность – он посадил рядом с Христом Иуду!..

А что делает Веронезе?

Он пишет не ту, евангельскую, вечерю, а настоящий пир, который мог бы иметь место в доме любого богатого венецианца. Да, он изобразил Христа, но его окружают не люди первого века нашей эры, а венецианцы – современники художника, одетые так, как одевались жители города святого Марка в XVI веке.

Кого тут только нет – важные вельможи, грубые солдаты, шуты, карлики. Справа – пузатый виночерпий, слева – жизнерадостный распорядитель пира, явно уже хорошо выпивший. Некоторые искусствоведы полагают, что это – автопортрет. Если это так, то можно сделать вывод, что Веронезе был щеголем – любил дорогой бархат, изысканные украшения.

Справа художник поместил монаха – считается, что он изобразил Андреа де Буони, настоятеля монастыря-заказчика.

А на первом плане – собака! И все участники этого спектакля живут не в жарком, пыльном Иерусалиме, а в городе Палладио, в прекрасной Серениссиме (Яснейшей – так называли свой город венецианцы) – как хороша эта трехарочная лоджия, как совершенны эти белокаменные дворцы, виднеющиеся в пролетах арок, на фоне синего неба!

В «Тайной вечери» Веронезе нет никакого трагизма, она вся сияет радостью, счастьем бытия.

Тут люди едят, пьют, беседуют, смеются, получают удовольствие от жизни… И потрясающие краски, мощный, пронизывающий все и вся свет, праздничность всей композиции… Где здесь Таинство Евхаристии? Где страшное предвидение предательства? Ничего этого на картине нет и в помине! Неудивительно, что кому-то из церковных чинов творение Веронезе показалось пропитанным еретической крамолой.

Сохранились протоколы того заседания. Обвинение было представлено инквизитором Аурелио Скеллино из Бреши:

– Как посмел Веронезе изобразить евангельский сюжет «Тайная вечеря» без должного уважения к Священному Писанию?

Более того: падре Скеллино усмотрел в том, как живописец изобразил солдат, вооруженных и одетых, как немцы, в шуте с попугаем (всем известно, что попугай – символ похоти!), в слуге с кровоточащим носом, а еще в том, что не Христос, а Петр разрезает на части ягненка, приверженность идеям Реформации, этому страшному злу, возникшему в Северной Европе и проникшему ныне в Италию, дабы завоевать души добрых католиков!

Что мог ответить Веронезе на столь тяжкие обвинения? Он и сам понимал, что, когда писал картину, меньше всего думал о Христе и его апостолах. Его занимала Красота – просто хотелось сделать нечто радостное, гармоничное…

– Мы, живописцы, пользуемся теми же вольностями, какими пользуются поэты и сумасшедшие… Если в картине остается некое пространство, я украшаю его фигурами, которые кажутся мне подходящими и соответствующими замыслу, – пытался он объяснить инквизиторам. – Художник должен быть свободен в своем творчестве, ведь только тогда ему удается создать нечто нужное людям.

Но инквизиторы сидели с суровыми лицами, не проявляя никаких признаков сочувствия или понимания. Да разве когда-нибудь чиновники – светские или церковные – могли понять душу художника? Веронезе волновался – во власти этих людей было приказать сжечь его картину, выслать его из страны, подвергнуть страшным пыткам, бросить в тюрьму, отправить на костер – все что угодно…

А падре Скеллино продолжал задавать свои вопросы, на которые ответить было совсем непросто:

– Как вы полагаете, кто, кроме Христа, присутствовал на Тайной вечери?

– Думаю, только апостолы…

– А для чего вы изобразили на картине этого странного шута в парике с пучком? И для чего здесь эти люди, одетые как германцы, с алебардами в руках?

– У меня был заказ украсить картину по моему разумению, она большая и могла вместить много фигур…

Наивный Веронезе говорил о том, что для него в искусстве всегда служили примером его великие учителя – Тициан и Микеланджело, и даже неосмотрительно упомянул «Страшный суд», созданный для Сикстинской капеллы, который в те годы был объектом самых жестоких обвинений со стороны Ватикана, а многие фанатически настроенные святоши даже требовали признать творение Микеланджело еретическим и подлежащим уничтожению!

Неудивительно, что доводы художника не произвели никакого действия на суровых судей. Правда, следует признать, что их приговор был по тем временам весьма мягким: Паоло Веронезе должен исправить, улучшить картину (в частности, заменить собаку на первом плане на фигуру Марии Магдалины), и сделать это, причем за свой счет, в течение трех месяцев. Полотно должно соответствовать святости темы!

Наверное, художник был счастлив, что так легко отделался от суровых инквизиторов.

Его не лишили жизни и даже не велели уничтожить картину… Он пошел на уступки – действительно внес кое-какие изменения (во время реставрации огромного полотна в 1980 – 1982 годах было показано, что очень незначительные).

Веронезе понимал, что, конечно же, они не удовлетворят его судей, однако наступить на горло собственной песне, портить свое творение в угоду тупым священникам он не мог.

И тогда он нашел выход – изменил название картины! Превратил «Тайную вечерю» в «Пир в доме Левия»! Он даже поместил на холсте, вверху на карнизе, венчающем пилястры, специальную надпись, чтобы уж не было никаких сомнений: FECIT D. COVI.MAGNU.LEVI – LUCAE CAP.V («И сделал для Него Левий в доме своем большое угощение». Лк. V, 29).

В Евангелии так описывается этот эпизод: «И сделал для него Левий в доме своем большое угощение; и там было множество мытарей и других, которые возлежали с ними.

Книжники же и фарисеи роптали и говорили ученикам Его: зачем вы едите и пьете с мытарями и грешниками? Иисус же сказал им в ответ: не здоровые имеют нужду во враче, но больные…» (Лк. V, 29 – 31). Не так уж много в этом рассказе подробностей.

И Веронезе мог вполне теперь оправдать и обилие фигур на картине, и пышность пиршественного стола.

Кстати, легкость, с которой Веронезе изменил название полотна, говорит о том, что, по большому счету, сам сюжет картины его волновал гораздо меньше, чем ее живописное решение. Для художника самым важным в работе было не строгое соответствие темы и ее воплощения, а свободный полет фантазии, свободное творчество, не ограниченное какими бы то ни было требованиями.

Так закончилось то дело.

Возможно, Веронезе тут просто не повезло – он стал пешкой в игре совсем неведомых ему сил. В те годы внутри доминиканского ордена разгорелась жесточайшая полемика.

Одна часть доминиканцев, в которую входили монахи из монастыря святых Иоанна и Павла, испытывала симпатии к идеям Лютера, а падре Скеллино принадлежал к ярым защитникам католичества.

Таким образом, вина Веронезе на самом деле состояла в том, что он выполнил заказ доминиканцев-отступников, а композиция его картины лишь послужила поводом.

Веронезе написал несколько блистательных «Пиров»: «Пир в доме Симона фарисея», «Пир в доме Григория Великого» и другие.

Каждое из них – настоящий яркий и красочный спектакль, действующими лицами в котором становились современники художника: знакомые, друзья, а порой и враги. Он писал хорошо знакомую ему жизнь, в которую по его воле оказывались вовлечены евангельские персонажи.

Так, на картине «Брак в Кане» он изобразил своего учителя Тициана и друзей, венецианских живописцев Тинторетто и Бассано, а также и себя самого.

Писал он и отдельные портреты, которые пользовались большим успехом. И всегда его искусство было пропитано радостью жизни, ощущением красоты и счастья.

Но менялось время, менялся и Веронезе.

Середина 1570-х годов была трудным временем для Венеции. Город терзали частые пожары, в которых сгорали произведения венецианских художников и погибали люди. А в 1575 году в Венецию пришла чума, и уж она принялась косить всех без разбора – старых и молодых, бедных и богатых. Страшная болезнь унесла около трети населения города!

Свирепствовала церковная цензура, гонения на еретиков приняли грандиозный размах.

В эти годы умерли близкие друзья Веронезе – Сансовино, Палладио, Тициан. В творчестве Веронезе зазвучали горькие, трагические ноты. Его произведения теперь ни один инквизитор не посмел бы назвать еретическими – они пропитаны глубоким религиозным чувством.

Веронезе никогда не забывал о том, как однажды предстал перед судом инквизиции, и ныне он создавал картины, которые нравились даже самым ярым католикам. На его полотнах главные действующие лица – Дева Мария, Иисус, святые, они страдают и приносят жертвы.

Его полотна по-прежнему хороши – ведь Веронезе настоящий мастер, и рука его по-прежнему крепка, но уже нет того ослепительного блеска, той жизни, той красоты, которая была в его прежних работах.

Последней его картиной стало полотно «Святой Пантелеимон, исцеляющий мальчика». Не в силах смотреть, как страдает мальчик, укушенный ядовитой змеей, Пантелеимон просит Бога спасти ребенка. Христос услышал мольбы Пантелеимона. Мальчик был спасен, а Пантелеимон принял крещение и посвятил свою жизнь Господу, приняв впоследствии мученическую смерть.

20 апреля 1588 года Веронезе скончался. Говорили, от воспаления легких. Но может быть, в нем просто иссяк запас творческих и жизненных сил…

Читайте также:  Описание картины сергея виноградова «рисует»

Прошло более двух столетий. 26 мая 1791 года в Париже был основан Национальный музей Франции – Лувр. Поначалу в его стенах поместили коллекции, собранные врагами народа – королем, его придворными, аристократами, высшими церковными чинами.

А в июне 1794 года, когда революционная армия сражалась за пределами Франции, среди других предписаний Конвента было и такое: в состав воинских частей включить «знающих граждан с секретными инструкциями», их задача – разыскивать и конфисковывать произведения искусства в захваченных странах.

В Париже знаменитые искусствоведы уже составляли списки произведений, достойных Лувра. Через месяц ситуация во французской столице резко изменилась – случился термидорианский переворот. Вдохновители грабежа попали на эшафот. Но в смысле искусства все осталось по-прежнему.

Итак, провозгласили новые власти, искусство должно принадлежать народу, а не церковникам, королям и всяческой знати. Причем народу французскому! А потому, когда доблестные войска Наполеона Бонапарта вошли в Венецию (это произошло в 1796 году), перед ними открылось широкое поле деятельности.

Больше всего ценился Рафаэль, но Тициан и Веронезе тоже котировались высоко. После завершения Итальянского похода Наполеон устроил в Париже триумфальное шествие – ему очень хотелось, чтобы они походили на триумфы римских цезарей, а его самого, генерала Бонапарта, сравнивали с могущественными императорами Древнего Рима.

Скульптуры и картины, захваченные в Италии, провезли в открытых повозках по центральным улицам Парижа, и все могли видеть, какие шедевры добыл для французов их доблестный герой-генерал. Среди них, этих трофеев, был и «Пир в доме Левия». Он вместе с другим пиром Веронезе, «Пиром в Кане», оказался в Лувре.

18 мая 1804 года сбылась заветная мечта Наполеона – он стал императором. Но ненадолго. В 1814 году в Париж вошли войска антифранцузской коалиции, и император Наполеон отрекся от престола. Поначалу многие полагали, что Лувр, это любимое детище Наполеона, трогать не будут.

Однако после стодневного возвращения Наполеона на престол, позорного поражения при Ватерлоо и второго отречения императора французы были окончательно сломлены. Тут-то папа Римский, австрийский император, немецкие герцоги и другие ограбленные Наполеоном вельможи и потребовали свои сокровища назад. Среди освобожденных из французского плена было и полотно Веронезе «Пир в доме Левия». Теперь оно занимает отдельную стену в галерее Венецианской академии. А «Пир в Кане» так и остался в Лувре – у итальянцев тогда не нашлось денег на его перевозку в Венецию…

Источник: http://velib.com/read_book/opimakh_irina_v/zhivopisnye_istorii_o_velikikh_polotnakh_ikh_sozdateljakh_i_gerojakh/khudozhnik_i_vlast_paolo_veroneze_pir_v_dome_levija/

Какой праздник отмечается на картине Паоло Веронезе “Пир в доме Левия”?

Художник Паоло Веронезе прославился в мире искусства как создатель пышных крупномасштабных и

многолюдных полотен. Чаще всего он обращался к тематике библейских пиров и трапез.

В 1573 году он написал прекрасную картину “Тайная вечеря” для монастырского храма.

В центре композиции Веронезе поместил Иисуса Христа и апостолов за трапезой, но оставалось ещё много свободного пространства, т.к. картина была крупногабаритной.

Тогда художник включил свою фантазию и изобразил на полотне много ярких разнообразных персонажей –

вельмож, стражников, аристократов, слуг, женщин, детей, шута с попугаем, чернокожих людей и других персон,

не имеющих отношения к евангельскому сюжету.

Когда картина попала в монастырский храм, святые отцы поняли, что это несколько не то, что они хотели

увидеть на картине “Тайная вечеря”.

Поэтому, не удивительно, что через некоторое время художник предстал перед судом инквизиции за отход

от канонов церковной живописи и искажение библейского сюжета.

Особенно инквизиторов возмутил образ шута с попугаем, который считался символом разврата.

Художнику грозил смертный приговор, но ему дали три месяца, чтобы переписать картину.

Веронезе поступил проще – он просто переименовал картину и теперь она известна как

“Пир в доме Левия”.

Считаю, что это название больше подходит для сюжета на картине, чем “Тайная вечеря”.

По евангельскому сюжету “Тайная вечеря” проходила вечером в четверг Страстной недели

и была действительно тайной, без лишних глаз и ушей.

Выглядело это приблизительно так, как изображено на этой картине “Тайная вечеря”.

По евангельским притчам “Тайная вечеря” проходила в Иерусалиме в доме человека, поверившего

в учение Христа. Иисус Христос и апостолы отмечали иудейский праздник “Песах” (“Пасху”),

причем раньше, чем он праздновался официально в Иерусалиме, т.к. они вели исчисление дней по своему галилейскому календарю.

Христос также знал, что не сможет принять участие в официальной “Пасхе”, т.к. должен принести себя

в жертву за искупление грехов людских.

На скромном праздничном столе были: пресный хлеб, вино, куски мяса жертвенного жареного ягненка

и травяные приправы.

Во время трапезы было совершено таинство Причастия.

Христос, благословив хлеб, преломил его и раздал апостолам со словами: “Примите, сие есть Тело моё” и,

взяв чашу с вином, сказал – “Пейте из неё все, ибо сие есть Кровь моя”.

Господь сообщил своим ученикам, что скоро должен оставить их и что один из них предаст его.

Христос учил апостолов человеколюбию и стойкости, т.к. предвидел, что их ждут тяжелые испытания и преследования после его смерти.

После трапезы Иисус и 11 его учеников вернулись в своё временное пристанище – пещеру в скале в

Гефсиманском саду. Иуда Искариот ушел раньше, чтобы сообщить слугам первосвященников,

где пристанище Христа. В ту же ночь Христос был схвачен.

В пятницу его судили и казнили на Голгофе на кресте. Вечером его сняли с креста, завернули в ткани

со смолами и похоронили в пещере. В субботу тело исчезло из пещеры, а в воскресение Христа видели

воскресшим.

Праздник светлой Пасхи, отмечаемый всем христианским миром, стал праздником – воспоминанием

о чудесном Воскресении Спасителя и посвящен его жертве во имя человечества.

На картине “Пир в доме Левия” ( “Тайная вечеря” ) художника Паоло Веронезе отмечается

праздник светлой Пасхи.

Источник: http://www.bolshoyvopros.ru/questions/2479020-kakoj-prazdnik-otmechaetsja-na-kartine-paolo-veroneze-pir-v-dome-levija.html

Пир в доме левия паоло веронезе

В картинных галереях мира часто можно увидеть большие картины с множеством написанных на них фигур. Это «Брак в Кане Галилейской», «Пир в доме Левия» и другие, под которыми стоит подпись — Паоло Веронезе. Правда, на первый взгляд, эти полотна могут показаться странными.

На фоне прекрасных построек эпохи Возрождения, в красивых и богатых залах с колоннами и арками в стиле XV—XVI веков, разместилось многочисленное нарядное общество. И все в этом обществе, кроме Христа и Марии, одеты в роскошные костюмы, какие носили в те времена (то есть в XVI веке).

Есть на его картинах и султан турецкий, и охотничьи собаки, и карлики-негры в ярких костюмах…

Таков был Веронезе, который мало обращал внимания на то, согласуются ли его картины с историей. Ему хотелось только одного: чтобы все было красиво.

И он добился этого, а вместе с этим и большой славы. Во Дворце дожей в Венеции есть много прекрасных картин Паоло Веронезе.

Некоторые из них мифического содержания, другие — аллегорические, но все фигуры на них художник одел в костюмы своей эпохи.

Большую часть своей жизни Веронезе прожил в Венеции. Бывая в других городах, он знакомился с творчеством своих коллег, восхищался их картинами, но никому не подражал.

Веронезе очень любил писать сцены различных пиров и собраний, на которых изображал всю роскошь тогдашней Венеции. Это был не художник-философ, изучающий свой предмет до малейшей подробности.

Это был артист, которого не стесняли никакие преграды, он свободен и великолепен даже в своей небрежности.

Любимым сюжетом Веронезе была «Тайная вечеря». Художник обратился к теме отнюдь не традиционной для Венеции. Если для художников-флорентийцев такие темы, как «Брак в Кане Галилейской» и «Тайная вечеря» были привычными, то венецианские живописцы не обращались к ним довольно долго, сюжет трапез Господних не привлекал их вплоть до середины XVI века.

Первая значительная попытка такого рода была предпринята только в 1540-е годы, когда Тинторетто написал свою «Тайную вечерю» для венецианской церкви Сан Маркуола. Но уже через десятилетие ситуация внезапно и резко изменяется.

Трапезы Господни становятся одной из самых излюбленных тем венецианских живописцев и их заказчиков, церкви и монастыри как бы соревнуются между собой, заказывая крупным мастерам монументальные полотна.

За 12—13 лет в Венеции создается не менее тринадцати огромных «Пиров» и «Тайных вечерь» (среди них уже упоминавшийся «Брак в Кане Галилейской» Тинторетто, «Брак в Кане Галилейской» самого Веронезе для рефлектория церкви Сан Джордже Маджиоре, его же полотна «Христос в Эммаусе» и «Христос в доме Симона фарисея», «Тайная вечеря» Тициана и др.

). Свою «Тайную вечерю» — самое грандиозное из пиршеств (высота картины 5,5 метра и ширина около 13 метров) — Веронезе написал в 1573 году для рефлектория монастыря святых Иоанна и Павла взамен сгоревшей за два года до того «Тайной вечери» Тициана.

Во всех «пирах» Веронезе присутствует явный оттенок триумфа, почти апофеоза. Они проявляются и в праздничной атмосфере этих картин, и в их величавом размахе, проступают они и во всех деталях — будь то поза Христа или жесты, с которыми участники трапез поднимают чаши с вином. В этом триумфе немалую роль играет и евхаристическая символика — ягненок на блюде, хлеб, вино…

Картина «Тайная вечеря» изображала Христа и его учеников на пиру у мытаря (сборщика податей) Левия, и ни в одном произведении Веронезе до этого архитектура не занимала такого места, как в этой картине. Исчезла и сдержанность, которая была на полотне «Брак в Кане Галилейской»: здесь гости ведут себя шумно и вольно, вступают между собой в споры и пререкания, чересчур резки и свободны их жесты.

Как повествует евангельский текст, Левий пригласил к себе на пир и других мытарей, и Веронезе пишет их жадные, порой отталкивающие физиономии. Здесь же расположились грубые воины, расторопные слуги, шуты и карлики.

Мало привлекательны и другие персонажи, которые выдвинуты на первый план у колонн. Справа расположился толстяк-виночерпий с оплывшим лицом, слева — распорядитель-мажордом.

Его закинутая назад голова, размашистые жесты, не совсем твердая походка свидетельствуют о том, что он явно отдал напиткам немалую дань.

Неудивительно, что католическая церковь усмотрела в столь вольной трактовке евангельского текста дискредитацию священного сюжета, и Веронезе вызвали в трибунал инквизиции.

От художника потребовали объяснения, как он осмелился, трактуя священный сюжет, вводить в картину шутов, пьяных солдат, слугу с расквашенным носом и «прочие глупости».

Веронезе не чувствовал за собой никакой особой вины, он был добрым католиком, исполнял все предписания церкви, никто не мог обвинить его в каких-нибудь непочтительных отзывах о папе или в приверженности к лютеранской ереси. Но члены трибунала не зря ели свой хлеб.

Никто не ответил на приветствие художника, никто даже взглядом не пожелал выразить ему свое сочувствие. Они сидели с холодными, равнодушными лицами, и он должен был держать перед ними ответ. Они хорошо знали, что в их власти подвергнуть художника пыткам, сгноить в застенках и даже казнить.

Как ему вести себя? Все отрицать или каяться? Отвечать на хитрость хитростью или прикинуться простачком? Веронезе и сам понимал, что по сути он создал картину из жизни Венеции — красивую, декоративную, вольную.

Где еще, кроме Венеции, можно было увидеть такую трехарочную лоджию, занимавшую три четверти картины? А мраморные дворцы и прекрасные башни, которые виднеются в пролетах арок на фоне сине-голубого неба? Пусть выйдут судьи на площадь Святого Марка, к морю, где на фоне сияющего южного неба вырисовываются знаменитые колонны со статуями святого Феодора (древнего покровителя Венеции) и льва святого Марка. Кстати, немало можно было бы рассказать о том, как у этих самых колонн в течение многих веков казнили и мучили людей по приказу Совета десяти и без приказа. Тогда они узнают, что вдохновляло его, когда он писал свою картину.

Конечно, не современников библейских персонажей изобразил он, дав волю своей фантазии; конечно, шумна и не в меру весела толпа гостей, и потому падают на Веронезе страшные вопросы: «Как вы полагаете, кто присутствовал с Христом на тайной вечери?» — «Я полагаю, что только апостолы…

» — «А для чего изобразили вы на этой картине того, кто одет, как шут, в парике с пучком?», «Что означают эти люди, вооруженные и одетые, как немцы, с алебардою в руке?»…

И Веронезе предстает в трибунале как художник и впрямь кажущийся достаточно беззаботным в сюжете своих картин, руководствующийся лишь своей фантазией и стремлением к ornamento: «У меня был заказ украсить картину по моему разумению, так как она большая и может вместить много фигур».

Ученые отмечают, что трактовка «пиров» как триумфа Христа имела для Веронезе еще и другой важный смысл. В Венеции почитание Христа так же, как культ Марии и святого Марка, было связано и с политическими мифами и преданиями.

Читайте также:  Описание картины сергея иванова «стрельцы»

Перенесение тела святого Марка в IX веке в только что возникший город и объявление апостола покровителем этого города приравнивало Венецию к другому апостольскому городу — Риму.

С культом Марии связывались многие памятные даты Венеции — от его основания в день Благовещения до вручения папой Александром III венецианскому дожу кольца для обручения с морем в день Вознесения Марии. Обряд этот обставлялся с пышностью и великолепием небывалыми.

Дож — верховный правитель Венецианской республики, пожизненно избираемый и наделенный достоинством владетельного князя, — выезжал на роскошной галере, отделанной золотом и серебром, с мачтами пурпурного цвета, чтобы бросить в море золотой перстень.

Иисус Христос считался покровителем государственной власти в лице дожа как представителя и символа Seremssima — Яснейшей республики святого Марка. Известно, что в некоторых общественных празднествах (в частности, в пасхальном ритуале) Дож как бы воплощал Христа и выступал от его имени.

Таким образом, «пиры» Веронезе таят в себе целый мир идей, преданий, представлений и легенд — величественных и значительных.

А члены трибунала инквизиции «18 дня, июля месяца 1573 года, в субботу постановили, чтобы Паоло Веронезе наилучшим образом исправил свою картину, убрав из нее шутов, оружие, карликов, слугу с разбитым носом — все то, что не находится в соответствии с истинным благочестием». Но когда Веронезе, пошатываясь, выходил с заседания трибуна, он уже знал, что ни при каких обстоятельствах не согласится выполнить эти требования… И улучшил картину весьма своеобразно: он изменил название, и «Тайная вечеря» превратилась в «Пир в доме Левия».

Источник: http://historylib.org/historybooks/Nadezhda–Ionina_100-velikikh-kartin/25

Паоло Веронезе «Пир в доме Левия»

В 1571 году в венецианском монастыре Святых Иоанна и Павла страшный пожар уничтожил фреску Тициана «Тайная вечеря». Монахи заказали новую картину Веронезе.

Паоло отставил все дела, приступил к работе, а 20 апреля 1573 года в торжественной обстановке объявил о ее окончании и передал «Тайную вечерю» монастырю.

Однако вскоре Веронезе получил уведомление, что 18 июля ему надлежит предстать перед судом инквизиции. И причина тому – его «Тайная вечеря», о которой он уже почти забыл.

Что же смутило ярых защитников чистоты веры?

Тайная вечеря – один из самых главных эпизодов в Священном Писании и один из самых распространенных сюжетов в мировой живописи. Во время того ужина произошли два важнейших события. Первое – установление таинства евхаристии («Примите, ядите: сие есть Тело Мое»). Второе – предсказание Христа о том, что кто-то из учеников вскоре предаст Его.

(«Истинно говорю: один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня».) На каком из этих моментов вечери сделать акцент, каждый художник решал в соответствии с пожеланиями заказчиков. Обычно живописцы усаживали Иисуса и Его учеников по одну сторону стола, каким-то образом выделив Иуду. Рядом с Христом помещали любимого его ученика Иоанна.

Правда, Леонардо да Винчи позволил себе вольность –посадил рядом с Христом Иуду!

А что делает Веронезе?

Он пишет пир, который мог бы иметь место в доме любого богатого венецианца. Да, художник изобразил Христа, но его окружают современники художника – важные вельможи, грубые солдаты, шуты, карлики…

В «Тайной вечере» Веронезе нет никакого трагизма, она вся сияет радостью, счастьем бытия. Тут люди едят, пьют, беседуют, смеются, получают удовольствие от жизни. Ни таинств евхаристии, ни страшного предвидения предательства  в картине нет.

Потому церковным чинам творение Веронезе показалось пропитанным еретической крамолой. И тогда последовал донос в инквизицию.

Сохранились протоколы того заседания:

– Как посмел Веронезе изобразить евангельский сюжет «Тайная вечеря» без должного уважения к Священному Писанию?

– Мы, живописцы, пользуемся теми же вольностями, какими пользуются поэты и сумасшедшие. Если в картине остается некое пространство, я украшаю его фигурами, которые кажутся мне подходящими и соответствующими замыслу. Художник должен быть свободен в своем творчестве, ведь только тогда ему удается создать нечто нужное людям.

– Как вы полагаете, кто, кроме Христа, присутствовал на Тайной вечере?

– Думаю, только апостолы.

– А для чего вы изобразили на картине этого странного шута в парике с пучком? И для чего здесь эти люди, одетые, как германцы, с алебардами в руках?

– У меня был заказ украсить картину по моему разумению, она большая, и могла вместить много фигур…

Доводы художника не произвели впечатления. Правда, их приговор был по тем временам весьма мягким: Паоло Веронезе должен исправить, улучшить картину в течение трех месяцев так, чтобы она соответствовала святости темы, и сделать это за свой счет.

И художник действительно внес изменение, но только не в картину.

Он изменил её название!

«Тайная вечеря» стала «Пиром в доме Левия».

А чтобы не оставлять сомнений, живописец поместил на холсте (вверху на карнизе, венчающем пилястры) специальную надпись: FECIT D.COVI.MAGNU.LEVILUCAE CAP.V (И сделал для Него Левий в доме своем большое угощение. Евангелие от Луки,5).

«И сделал для него Левий в доме своем большое угощение, и было там множество мытарей и других, которые возлежали с ними. Книжники и фарисеи же роптали и говорили ученикам Его: зачем вы едите и пьете с мытарями и грешниками? Иисус же сказал им в ответ: не здоровые имеют нужду во враче, а больные».

Источник: http://www.trkterra.ru/blogs/blogs/node/33787

Пир В Доме Левия. Паоло Веронезе. В картинных галереях мира часто можно увидеть большие картины с множеством написанных на них фигур. Это «Брак в К..

Пир В Доме Левия. Паоло Веронезе.

В картинных галереях мира часто можно увидеть большие картины с множеством написанных на них фигур. Это «Брак в Кане Галилейской», «Пир в доме Левия» и другие, под которыми стоит подпись — Паоло Веронезе. Правда, на первый взгляд, эти полотна могут показаться странными.

На фоне прекрасных построек эпохи Возрождения, в красивых и богатых залах с колоннами и арками в стиле XV—XVI вв.еков, разместилось многочисленное нарядное общество. И все в этом обществе, кроме Христа и Марии, одеты в роскошные костюмы, какие носили в те времена (то есть в XVI веке).

Есть на его картинах и султан турецкий, и охотничьи собаки, и карлики-негры в ярких костюмах…

Таков был Веронезе, который мало обращал внимания на то, согласуются ли его картины с историей. Ему хотелось только одного: чтобы все было красиво.

И он добился этого, а вместе с этим и большой славы. Во Дворце дожей в Венеции есть много прекрасных картин Паоло Веронезе.

Некоторые из них мифического содержания, другие — аллегорические, но все фигуры на них художник одел в костюмы своей эпохи.

Большую часть своей жизни Веронезе прожил в Венеции. Бывая в других городах, он знакомился с творчеством своих коллег, восхищался их картинами, но никому не подражал.

Веронезе очень любил писать сцены различных пиров и собраний, на которых изображал всю роскошь тогдашней Венеции. Это был не художник-философ, изучающий свой предмет до малейшей подробности.

Это был артист, которого не стесняли никакие преграды, он свободен и великолепен даже в своей небрежности.

Любимым сюжетом Веронезе была «Тайная вечеря». Художник обратился к теме отнюдь не традиционной для Венеции. Если для художников-флорентийцев такие темы, как «Брак в Кане Галилейской» и «Тайная вечеря» были привычными, то венецианские живописцы не обращались к ним довольно долго, сюжет трапез Господних не привлекал их вплоть до середины XVI века.

Первая значительная попытка такого рода была предпринята только в 1540-е годы, когда Тинторетто написал свою «Тайную вечерю» для венецианской церкви Сан Маркуола. Но уже через десятилетие ситуация внезапно и резко изменяется.

Трапезы Господни становятся одной из самых излюбленных тем венецианских живописцев и их заказчиков, церкви и монастыри как бы соревнуются между собой, заказывая крупным мастерам монументальные полотна.

За 12—13 лет в Венеции создается не менее тринадцати огромных «Пиров» и «Тайных вечерь» (среди них уже упоминавшийся «Брак в Кане Галилейской» Тинторетто, «Брак в Кане Галилейской» самого Веронезе для рефлектория церкви Сан Джордже Маджиоре, его же полотна «Христос в Эммаусе» и «Христос в доме Симона фарисея», «Тайная вечеря» Тициана и др.

). Свою «Тайную вечерю» — самое грандиозное из пиршеств (высота картины 5,5 метра и ширина около 13 метров) — Веронезе написал в 1573 году для рефлектория монастыря святых Иоанна и Павла взамен сгоревшей за два года до того «Тайной вечери» Тициана.

Во всех «пирах» Веронезе присутствует явный оттенок триумфа, почти апофеоза. Они проявляются и в праздничной атмосфере этих картин, и в их величавом размахе, проступают они и во всех деталях — будь то поза Христа или жесты, с которыми участники трапез поднимают чаши с вином. В этом триумфе немалую роль играет и евхаристическая символика — ягненок на блюде, хлеб, вино…

Картина «Тайная вечеря» изображала Христа и его учеников на пиру у мытаря (сборщика податей) Левия, и ни в одном произведении Веронезе до этого архитектура не занимала такого места, как в этой картине. Исчезла и сдержанность, которая была на полотне «Брак в Кане Галилейской»: здесь гости ведут себя шумно и вольно, вступают между собой в споры и пререкания, чересчур резки и свободны их жесты.

Как повествует евангельский текст, Левий пригласил к себе на пир и других мытарей, и Веронезе пишет их жадные, порой отталкивающие физиономии. Здесь же расположились грубые воины, расторопные слуги, шуты и карлики.

Мало привлекательны и другие персонажи, которые выдвинуты на первый план у колонн. Справа расположился толстяк-виночерпий с оплывшим лицом, слева — распорядитель-мажордом.

Его закинутая назад голова, размашистые жесты, не совсем твердая походка свидетельствуют о том, что он явно отдал напиткам немалую дань.

Неудивительно, что католическая церковь усмотрела в столь вольной трактовке евангельского текста дискредитацию священного сюжета, и Веронезе вызвали в трибунал инквизиции.

От художника потребовали объяснения, как он осмелился, трактуя священный сюжет, вводить в картину шутов, пьяных солдат, слугу с расквашенным носом и «прочие глупости».

Веронезе не чувствовал за собой никакой особой вины, он был добрым католиком, исполнял все предписания церкви, никто не мог обвинить его в каких-нибудь непочтительных отзывах о папе или в приверженности к лютеранской ереси. Но члены трибунала не зря ели свой хлеб.

Никто не ответил на приветствие художника, никто даже взглядом не пожелал выразить ему свое сочувствие. Они сидели с холодными, равнодушными лицами, и он должен был держать перед ними ответ. Они хорошо знали, что в их власти подвергнуть художника пыткам, сгноить в застенках и даже казнить.

Как ему вести себя? Все отрицать или каяться? Отвечать на хитрость хитростью или прикинуться простачком? Веронезе и сам понимал, что по сути он создал картину из жизни Венеции — красивую, декоративную, вольную.

Где еще, кроме Венеции, можно было увидеть такую трехарочную лоджию, занимавшую три четверти картины? А мраморные дворцы и прекрасные башни, которые виднеются в пролетах арок на фоне сине-голубого неба? Пусть выйдут судьи на площадь Святого Марка, к морю, где на фоне сияющего южного неба вырисовываются знаменитые колонны со статуями святого Феодора (древнего покровителя Венеции) и льва святого Марка. Кстати, немало можно было бы рассказать о том, как у этих самых колонн в течение многих веков казнили и мучили людей по приказу Совета десяти и без приказа. Тогда они узнают, что вдохновляло его, когда он писал свою картину.

Конечно, не современников библейских персонажей изобразил он, дав волю своей фантазии; конечно, шумна и не в меру весела толпа гостей, и потому падают на Веронезе страшные вопросы: «Как вы полагаете, кто присутствовал с Христом на тайной вечери?» — «Я полагаю, что только апостолы…» — «А для чего изобразили вы на этой картине того, кто одет, как шут, в парике с пучком?», «Что означают эти люди, вооруженные и одетые, как немцы, с алебардою в руке?»… И Веронезе предстает в трибунале как художник и впрямь кажущийся достаточно беззаботным в сюжете своих картин, руководствующийся лишь своей фантазией и стремлением к ornamento: «У меня был заказ украсить картину по моему разумению, так как она большая и может вместить много фигур».

Ученые отмечают, что трактовка «пиров» как триумфа Христа имела для Веронезе еще и другой важный смысл. В Венеции почитание Христа так же, как культ Марии и святого Марка, было связано и с политическими мифами и преданиями.

Перенесение тела святого Марка в IX веке в только что возникший город и объявление апостола покровителем этого города приравнивало Венецию к другому апостольскому городу — Риму.

С культом Марии связывались многие памятные даты Венеции — от его основания в день Благовещения до вручения папой Александром III венецианскому дожу кольца для обручения с морем в день Вознесения Марии. Обряд этот обставлялся с пышностью и великолепием небывалыми.

Дож — верховный правитель Венецианской республики, пожизненно избираемый и наделенный достоинством владетельного князя, — выезжал на роскошной галере, отделанной золотом и серебром, с мачтами пурпурного цвета, чтобы бросить в море золотой перстень.

Иисус Христос считался покровителем государственной власти в лице дожа как представителя и символа Seremssima — Яснейшей республики святого Марка. Известно, что в некоторых общественных празднествах (в частности, в пасхальном ритуале) Дож как бы воплощал Христа и выступал от его имени.

Таким образом, «пиры» Веронезе таят в себе целый мир идей, преданий, представлений и легенд — величественных и значительных.

А члены трибунала инквизиции «18 дня, июля месяца 1573 года, в субботу постановили, чтобы Паоло Веронезе наилучшим образом исправил свою картину, убрав из нее шутов, оружие, карликов, слугу с разбитым носом — все то, что не находится в соответствии с истинным благочестием». Но когда Веронезе, пошатываясь, выходил с заседания трибуна, он уже знал, что ни при каких обстоятельствах не согласится выполнить эти требования… И улучшил картину весьма своеобразно: он изменил название, и «Тайная вечеря» превратилась в «Пир в доме Левия».

Источник: http://www.inpearls.ru/559362

Ссылка на основную публикацию