Описание картины валентина серова «натурщица»

Картина серова, которую уже мы больше не увидим

Валентин Серов. Портрет Марии Цетлиной. 1910. © Christie’s Images

Больше года назад состоялись сенсационные торги Сотбис, когда все культурные новости начинались с этой фразы: «За 14 с половиной миллионов долларов ушла с молотка картина Валентина Серова». «Портрет Марии Цетлиной» был выставлен на торги муниципалитетом израильского города Рамат-Ган.

Картина долгое время считалась утраченной, и лишь в 1996 году, после открытия музея в Рамат-Гане, ее местонахождение стало известно. Незадолго до аукциона было объявлено, что средства от продажи работы будут направлены на развитие музеев города Рамат-Ган, в частности, на развитие именно Музея русского искусства.

Покупатель портрета неизвестен, лот приобретен по телефону. Предыдущий рекорд Серова был установлен в 2012 году, когда на аукционе FAAM (Fine Art Auction Miami) в Майами «Портрет Оскара и Розы Грузенберг» (также долгое время считавшийся утраченным) был продан за $4,1 млн (цена молотка) при верхней границе эстимейта $200 тыс.

Эта сенсационная, что тут говорить, продажа привлекает внимание к ряду вопросов, касающихся русского арт-рынка, музейных и частных собраний и коллекционирования русского искусства.

Почему не самая известная картина Серова была оценена рекордно дорого в сравнении с более известными картинами художника? Что в ней такого особенного? Ведь вполне возможно, что это полотно мы более никогда не увидим: его не покажут на юбилейной выставке в Третьяковке, или на выставках, посвященных мировому искусству? «Портрет Марии Цетлиной» исчез в 2014 году наверное навсегда, потому как о имени нового владельца ничего неизвестно. Он пожелал остаться анонимным.

В 1959 году М.С. Цетлина привезла свою бесценную коллекцию из 90 картин в Израиль, где отдает ее в дар израильскому городу Рамат-Ган. Условием дарительницы было присвоить имя Марии и Михаила Цетлиных новому музею в маленьком израильском городке.

Музей русского искусства, где хранилось собрание и сам портрет, до 2014 года, охотно согласился с весьма не сложными условиями дарительницы, поменяв название на «Музей русского искусства имени Марии и Михаила Цетлиных» лишь только в 1996 году.

Как видите — принципиально название не поменялось.

Но кем была семья Цетлиных, в коллекции которых набралось 90 бесценнейших картин?

Михаил Осипович и Мария Самойловна Цетлины, познакомившиеся и обвенчавшиеся в 1910 году в Швейцарии, постоянно жили за границей, хотя ненадолго и вернулись в Москву после Февральской революции, посчитавши свержение царизма благом для России.

Оба они происходили из состоятельных семей, он — совладелец чайной компании, она — дочь крупного ювелира. Интеллектуалы, меценаты, коллекционеры.

В зиму 1917/18 года в Москве Цетлины собирали у себя поэтов, кормили, поили; время было трудное, и приходили все — от Вячеслава Иванова до Маяковского.

Михаилу Осиповичу нравились все: и Бальмонт, который импровизировал, сочинял сонеты-акростихи; и архиученый Вячеслав Иванов; и Маяковский… и полубезумный, полугениальный Велимир Хлебников.

Вот только Осип Эмильевич Мандельштам несколько озадачивал хозяина: приходя, он всякий раз говорил: “Простите, я забыл дома бумажник, а у подъезда ждет извозчик…”

Дом Цетлина на Поварской захватили анархисты во главе с неким Львом Черным. Цетлины надеялись, что большевики выгонят анархистов и вернут дом владельцам. Анархистов действительно выгнали, но дома Цетлины не получили и решили уехать в Париж.

Уехали они летом 1918 года вместе с Толстыми (Алексей Николаевич довольно часто бывал у Цетлиных). В Париже Цетлины давали деньги на журнал “Современные записки”, некоторое время поддерживали Бунина и других писателей-эмигрантов.

Потом они уехали в Америку».

Осип Сергеевич Цетлин, Михаил и Мария Цетлины (сидят), Ангелина Цетлина (дочь Михаила и Марии; стоит) и неизвестные. Париж.

Конец 1920-х

Цетлины умудрились сохранить свою коллекцию искусства во время скитаний по странам и континентам (они уехали из Парижа в Нью-Йорк в 1941 году, оставив коллекцию во Франции, и Мария Самойловна вернулась за ней лишь в 1947-м, уже после смерти мужа, и переправила ее в США).

Коллекция была сравнительно небольшой: акварели Максимилиана Волошина, театральные эскизы Михаила Ларионова, Наталии Гончаровой, Леона Бакста, графика Александра Бенуа, работы Филиппа Малявина, Дмитрия Стеллецкого, Маревны — весь цвет парижской эмиграции (кроме Волошина, конечно), всего около 80 вещей.

А также портрет работы Серова, написанный в 1910 году в Биаррице, где у Цетлиных была вилла, и еще три его работы: акварельный портрет Анны Цетлиной (матери Михаила Осиповича) и два рисунка — обнаженная натурщица и еще один портрет Марии.

Марии Самойловне хотелось сохранить это собрание целиком, а не делить между тремя детьми. Почему для этих целей был выбран именно Рамат-Ган, не совсем понятно. Так или иначе, коллекция досталась городу, в котором тогда не было не только музейного здания, но и вообще музеев. Коллекция в течение десятилетий хранилась кое-как, и около тридцати работ было утрачено.

В 1996 году Музей русского искусства имени Марии и Михаила Цетлиных в Рамат-Гане, наконец, обрел помещение — небольшое здание, в котором всего четыре зала и размещается еще один музей, посвященный азиатскому искусству. Из коллекции Цетлиных в экспозиции демонстрируется около 15 произведений. Денег нет, судя по всему, ни на что.

У музея даже сайта, даже странички в интернете нет.

Источник: https://moiarussia.ru/kartina-serova-kotoruyu-uzhe-my-bolshe-ne-uvidim/

Валентин Серов как зеркало русского арт-рынка | Артгид

Текст: Екатерина Алленова 26.11.2014   26046

Валентин Серов. Портрет Марии Цетлиной. 1910. Холст, темпера, масло. Фрагмент. © Christie’s Images

24 ноября 2014 года на торгах «важным русским искусством» аукциона Christie’s в Лондоне за £9 266 500 ($14,5 млн, с учетом премии покупателя) продан портрет Марии Цетлиной работы Валентина Серова, выставленный на торги Музеем русского искусства в Рамат-Гане (Израиль). Эта сенсационная, что тут говорить, продажа привлекает внимание к ряду вопросов, касающихся русского арт-рынка, музейных и частных собраний и коллекционирования русского искусства. Я попытаюсь эти вопросы обозначить.

Итак, Валентин Александрович Серов (1865–1911) отныне входит в десятку самых дорогих русских художников и, судя по всему, останется в ней надолго: дороже него только Василий Кандинский, Казимир Малевич, Марк Шагал и Алексей Явленский.

Вдобавок, портрет Цетлиной стал самой дорогой картиной, когда-либо проданной на «русских торгах» (все превосходящие Серова по цене русские мастера продавались на торгах импрессионизмом и модернизмом), и этот рекорд, вероятно, тоже превзойден будет не скоро.

Мне показалось, что первая реакция художественного сообщества на эту сенсационную продажу — недоумение: «Ничего себе, вот это деньжищи! И ведь не за Кандинского там или Малевича, а за какого-то серенького Серова. Интересно, кто отвалил за этот портрет такую сумму? И что в нем такого особенного?».

Действительно, Серов — художник такого склада, что плохо вписывается в понятия «арт-рынок», «аукционный рекорд», «сенсация» и т. п.

Ну что такое Серов? Это «Девочка с персиками» из школьного учебника и «Девушка, освещенная солнцем» в Третьяковской галерее, странная голая Ида Рубинштейн в Русском музее, Европа на быке, княгиня вроде какая-то, и даже не одна, актриса Ермолова и вот «Петр I на строительстве Петербурга».

И какие-то унылые пейзажи с лошадками и сарайчиками еще. Как-то не тянет на многомиллионную аукционную звезду. Скорее всего, я сейчас услышу в ответ, что это я, мол, передергиваю и что «на самом деле Серов — очень хороший художник». Собственно, я это уже услышала в соцсети от другого очень хорошего художника, который, впрочем, добавил, что «в мировой истории искусства Серов где-то рядом с Цорном и Каролюс-Дюраном».

Валентин Серов. Октябрь. Домотканово (этюд). 1895. Холст, масло. Продан на Christie’s, Нью-Йорк, 24 апреля 2006 за $72 тыс. © Christie’s Images

Конечно, есть знатоки, специалисты, эксперты, коллекционеры, которые знают про Серова гораздо, гораздо больше.

Однако судя по тому, что творится с ним на арт-рынке, большинство из них все-таки думают о Серове как о чем-то, что точно не годится для серьезных инвестиций и, в общем, не должно стоить очень уж дорого — куда там ему до Малевича с Кандинским.

Хотя те, кто следит за русским арт-рынком, конечно, заметили, что Серов за последние два года как-то «активизировался» и у него случилось несколько рекордных продаж. Однако даже эксперты не ожидали девяти миллионов фунтов за портрет Марии Цетлиной.

Что понятно хотя бы из эстимейта картины на Christie’s, верхняя граница которого составляла £2,5 млн. Российский сайт artinvestment.ru, прогнозируя результаты торгов, утверждал, что «по ощущениям, Серов не будет продан».

Что же такое приключилось с русским арт-рынком, что за такой, вроде бы, невзрачный портрет довольно незаметного на этом рынке художника платят такие деньги? Да ничего, в общем-то, не приключилось. Дело не в русском арт-рынке, а в Серове. Который, впрочем, в данном случае оказывается зеркалом этого самого рынка — не всего, конечно, но некоторых его сторон.

Для начала посмотрим самые дорогие аукционные продажи Серова. На публичных торгах (о частных продажах я ничего не знаю) он действительно появляется нечасто, продается еще реже и представлен, как правило, либо рисунками, либо небольшими этюдами — пейзажными и портретными.

Многие из выставлявшихся на аукционы за последние лет двадцать работ способны вызвать недоумение. То есть (как бы это сформулировать корректно?) они, скорее всего, созданы вовсе не Серовым.

Аукционы ведь тоже разные бывают, если уж на крупных попадаются подделки или атрибуционные ошибки, то что уж говорить о более мелких. Например, на аукционе Hampel Fine Art в Мюнхене в 2006 году фигурировали несколько графических портретов Владимира Ильича Ленина работы Серова. Валентина Александровича, да.

Перепутали, конечно, с советским художником Владимиром Серовым (который написал картину «Ходоки у Ленина» и еще много работ «из области вождя»). Это, конечно, курьез, однако симптоматичный.

А пока вот лучшие результаты продаж Валентина Серова на аукционах за последние двадцать лет (в хронологическом порядке, все цены для удобства переведены в доллары по курсу на момент продажи, поэтому долларовые эквиваленты могут незначительно различаться в разных источниках):

  • Охота с борзыми. 1906. Бумага на картоне, гуашь, акварель. $363,2 тыс. Sotheby’s, Нью-Йорк, 26 апреля 2006.
  • Тарас Бульба с сыновьями. 1889. Холст, масло. $505,6 тыс. Uppsala, Уппсала, 2 декабря 2008
  • Портрет Прасковьи Мамонтовой. 1887. Холст, масло. $1,9 млн. Sotheby’s, Лондон, 26 ноября 2012.
  • Портрет Оскара и Розы Грузенберг. 1910. Холст, темпера. $4,6 млн. Nader’s & Fine Art Auctions, Майами, 6 декабря 2012.
  • Женский портрет (Мария Якунчикова?). 1892. Холст, масло $1,3 млн. Sotheby’s Лондон, 25 ноября 2013

Валентин Серов. Портрет Прасковьи Мамонтовой. 1889. Холст, масло. Продан на Sotheby’s, Лондон, 26 ноября 2012 за $1,9 млн. © Sotheby’s

Когда в 2012 году очередной рекорд цены на работы Серова установил портрет Прасковьи Мамонтовой, многие, как и сейчас, пребывали в недоумении. Вот, опять-таки, что писали тогда на сайте artinvestement: «Обычный, не выдающийся портрет девочки кисти Валентина Серова купили почти за 2 миллиона долларов.

Дело, конечно, хозяйское, но его портреты раньше стоили раз в двадцать дешевле. Для сравнения: до этого персональный аукционный рекорд художника составлял 508 тысяч долларов. И установила его яркая сюжетная работа — не чета портрету. Словом, новый рекорд установлен, но факт вызвал удивление».

За Мамонтовой с интервалом в десять дней последовала продажа портрета супругов Грузенберг, и все удивились еще больше: неизвестный покупатель на каком-то никому не известном аукционе купил картину с оценочной стоимостью $150–200 тыс.

аж за четыре с лишним миллиона! В 23 раза выше эстимейта! А потом и женский портрет уходит на Sotheby’s за цену выше миллиона долларов, и на эту цену, конечно, повлияли предыдущие продажи.

Валентин Серов. Женский портрет (Мария Якунчикова?). 1892. Холст, масло. Продан на Sotheby’s, Лондон, 25 ноября 2013 за £830,5. © Sotheby’s

Здесь есть один любопытный нюанс.

В аннотации к этому портрету в каталоге Sotheby's написано, в частности, следующее: «Данная работа предположительно находилась в ее [Якунчиковой] частной коллекции на Западе, и потому была неизвестна Грабарю, когда он составлял свою неполную монографию о художнике». Речь идет о монографии «Валентин Александрович Серов.

Жизнь и творчество» 1913 года, в конце которой Игорь Грабарь приводит список всех (известных на тот момент) произведений художника, с датами и указанием собраний. Насколько мне известно, каталога-резоне Серова не существует, и при атрибуции специалисты опираются прежде всего именно на эту монографию Грабаря.

Хотя, конечно, не исключено, что какие-то работы Серова могли ускользнуть от его внимания. Но упоминание произведения Серова в грабаревской книге, конечно, повышает его цену, если оно выставлено на продажу. А уж если оно там еще и репродуцировано, — тем более.

А сегодня, когда, как утверждают некоторые эксперты, доля фальшивок на русском рынке составляет чуть ли не 90%, произведения с таким надежным подтверждением их подлинности — действительно большая редкость и ценность.

Тем более если речь идет о Серове, которого и так на аукционах очень мало, и все какое-то недатированное, без внушающего доверие провенанса, а чаще всего, как говорилось выше, на Серова вовсе и не похожее. Кстати, два предшествующих портрету Мамонтовой аукционных рекорда Серова установлены не в последнюю очередь благодаря тому, что «Тарас Бульба» в монографии Грабаря фигурирует в списке, а «Охота с борзыми» там даже репродуцирована.

Валентин Серов. Охота с борзыми. 1906. Бумага на картоне, акварель, гуашь. Продана на Sotheby's, Нью-Йорк, 26 апреля 2006 за $363,2.

© Sotheby’s

И вот на аукцион Sotheby's попадает портрет Прасковьи Мамонтовой, не какой-то этюдик на картоне, а большой портрет «холст-масло» времен «Девочки с персиками» (кстати, Параша Мамонтова была ей двоюродной сестрой), воспроизведенный у Грабаря аж на целую полосу, подлиннее некуда, — что же тут удивительного, что он устанавливает ценовой рекорд? А потом аналогичный сюжет повторяется с портретом четы Грузенберг. В метр высотой парадный портрет на холсте, о котором помнят и пишут все специалисты по Серову, о котором писал сам Серов в письмах («Застрял и завяз я тут в Сестрорецке с одним портретом, не выходит проклятый… но то, что я хотел изобразить, пожалуй, и изобразил,— провинция, хутор чувствуется в ее лице и смехе, а, впрочем, не могу знать — после виднее будет»), без которого не обходится вообще ни одна монография о художнике. Только репродукции этого портрета во всех монографиях и альбомах черно-белые, поскольку «местонахождение неизвестно» (а он, оказывается, и не уходил из семьи, его выставила на аукцион правнучка изображенной на портрете четы). К тому же Оскар Грузенберг — знаменитая историческая фигура. За этот портрет, как и за портрет Марии Цетлиной, торговались несколько человек. Здесь удивителен скорее не рекорд, а эстимейт.

Читайте также:  Описание картины николя пуссена «великодушие сципиона»

Валентин Серов. Портрет Оскара и Розы Грузенберг. 1910. Холст, темпера. $4,6 млн. Nader’s & Fine Art Auctions, Майами, 6 декабря 2012. © Nader’s & Fine Art Auctions

В случае с портретом Цетлиной эстимейт как раз не так удивителен — все-таки на Christie’s сидят эксперты несколько иной квалификации, чем на Fine Art Auctions в Майами, где Грузенбергов оценили в $200 тыс.

Но, так же, как и в случае с портретом из Майами, в Музее русского искусства в Рамат-Гане, кажется, не очень понимали, чтó они отдают. Коллекция семьи Цетлиных была в 1959 году передана в дар городу Рамат-Гану лично Марией Цетлиной — той, что изображена на портрете Серова.

Михаил Осипович и Мария Самойловна Цетлины, познакомившиеся и обвенчавшиеся в 1910 году в Швейцарии, постоянно жили за границей, хотя ненадолго и вернулись в Москву после Февральской революции, посчитавши свержение царизма благом для России. Оба они происходили из состоятельных семей, он — совладелец чайной компании, она — дочь крупного ювелира.

Интеллектуалы, меценаты, коллекционеры, герои мемуаров. Вот, например, что о них пишет Илья Эренбург: «Михаил Осипович Цетлин писал революционные стихи под псевдонимом Амари, что в переводе на русский язык означает “Мария” — так звали его жену. Это был тщедушный хромой человек, утомленный неустанными денежными просьбами. Жена его была более деловой.

Кроме Волошина, у Цетлина бывали художники Диего Ривера, Ларионов, Гончарова. В зиму 1917/18 года в Москве Цетлины собирали у себя поэтов, кормили, поили; время было трудное, и приходили все — от Вячеслава Иванова до Маяковского. Михаилу Осиповичу нравились все: и Бальмонт, который импровизировал, сочинял сонеты-акростихи; и архиученый Вячеслав Иванов; и Маяковский…

и полубезумный, полугениальный Велимир Хлебников, с бледным доисторическим лицом, который то рассказывал о каком-то замерзшем солдате, то повторял, что отныне он, Велимир, — председатель земного шара, а когда ему надоедали литературные разговоры, отходил в сторону и садился на ковер; и Марина Цветаева, выступавшая тогда за царевну Софью против Петра.

Вот только Осип Эмильевич Мандельштам несколько озадачивал хозяина: приходя, он всякий раз говорил: “Простите, я забыл дома бумажник, а у подъезда ждет извозчик…” Дом Цетлина на Поварской захватили анархисты во главе с неким Львом Черным. Цетлины надеялись, что большевики выгонят анархистов и вернут дом владельцам.

Анархистов действительно выгнали, но дома Цетлины не получили и решили уехать в Париж. Уехали они летом 1918 года вместе с Толстыми (Алексей Николаевич довольно часто бывал у Цетлиных). В Париже Цетлины давали деньги на журнал “Современные записки”, некоторое время поддерживали Бунина и других писателей-эмигрантов. Потом они уехали в Америку».

Антуан Бурдель. Портрет Марии Цетлиной. 1911. Бронза.

Музей Бурделя, Париж

Цетлины умудрились сохранить свою коллекцию искусства во время скитаний по странам и континентам (они уехали из Парижа в Нью-Йорк в 1941 году, оставив коллекцию во Франции, и Мария Самойловна вернулась за ней лишь в 1947-м, уже после смерти мужа, и переправила ее в США).

Коллекция была сравнительно небольшой: акварели Максимилиана Волошина, театральные эскизы Михаила Ларионова, Наталии Гончаровой, Леона Бакста, графика Александра Бенуа, работы Филиппа Малявина, Дмитрия Стеллецкого, Маревны — весь цвет парижской эмиграции (кроме Волошина, конечно), всего около 80 вещей. А также портрет работы Серова, написанный в 1910 году в Биаррице, где у Цетлиных была вилла, и еще три его работы: акварельный портрет Анны Цетлиной (матери Михаила Осиповича) и два рисунка — обнаженная натурщица и еще один портрет Марии.

Источник: http://artguide.com/posts/699

Валентин Серов: биография, разбор картин и личная жизнь художника

Валентин Серов писал портреты и пейзажи, рисовал иллюстрации и выпускал журнал «Мир искусства», преподавал живопись и состоял в совете Третьяковской галереи. «Девочка с персиками», полотна с членами императорской семьи, афиша с Анной Павловой и портрет обнаженной Иды Рубинштейн — вспоминаем творчество известного русского художника.

«Взмахивал карандашом решительно и смело»

Валентин Серов родился в Петербурге в 1865 году. Его отец Александр Серов был музыкальным критиком и композитором, мать Валентина Серова (Бергман) — пианисткой и первой женщиной-композитором в России.

Отец будущего художника умер, когда мальчику было шесть лет. Вскоре после его смерти Серов с матерью переехали в Мюнхен.

Молодая пианистка была увлечена музыкой и уделяла ребенку не так много времени, однако она рано заметила талант сына к рисунку и отдала его на обучение к немецкому граверу Карлу Кеппингу.

Когда Серову было девять лет, его творческие успехи отметил скульптор Марк Антокольский. Он посоветовал матери нанять для мальчика педагога из русских художников. Учителем Серова стал молодой Илья Репин.

Занятия с Репиным начались в Париже, затем продолжились в Москве. Серов поселился в доме учителя — они вместе писали натурщиков и ходили на этюды.

В 1880 году Серов с рекомендательным письмом от Репина поехал в Петербург. Он сдал экзамены и поступил в Петербургскую Академию художеств в класс Павла Чистякова.

Молодой художник изучал «чистяковскую систему» строгого построения рисунка и вырабатывал собственные художественные взгляды.

Спустя пять лет обучения Валентин Серов бросил академию: он хотел работать самостоятельно. Позднее художник писал, что «в Академии ценил лишь мнение одного Чистякова».

«Все, чего я добивался, — это свежести»

Серов часто гостил в Абрамцеве — подмосковной усадьбе купцов Мамонтовых. Здесь он написал портрет 12-летней Веры Мамонтовой — знаменитое полотно «Девочка с персиками». Юная натурщица позировала Серову каждый день почти два месяца.

Самой значительной своей работой Серов считал картину «Девушка, освещенная солнцем». Его натурщицей стала двоюродная сестра художника Мария Симонович. Художник давно мечтал написать портрет в саду, где играют солнце и тень листвы. Он говорил: «В нынешнем веке пишут все тяжелое, ничего отрадного.

Я хочу, хочу отрадного и буду писать только отрадное». Работа над полотном шла три месяца. Мария Симонович должна была позировать художнику несколько часов в день и при этом — думать о приятном, чтобы сохранять задумчивое и расслабленное выражение лица.

Но девушку это не смущало, потом она вспоминала, что увлеклась «важностью своего значения».

«Девочка с персиками» и «Девушка, освещенная солнцем» были показаны на выставке Товарищества передвижников в 1888 году. С ними к Валентину Серову пришло признание критиков и публики. Живописную манеру художника и смешение жанров — портрета, пейзажа и интерьера — особенно высоко оценили импрессионисты.

В Абрамцеве Валентин Серов написал и знаменитый портрет своей невесты Ольги Трубниковой — она воспитывалась в семье тетки Серова Аделаиды Симонович.

В январе 1889 года Трубникова и Серов обвенчались в Санкт-Петербурге в церкви Семеновского полка. Молодые супруги вместе съездили в Париж на Всемирную художественную выставку, затем поселились в Москве.

В 1890-е годы художник много работал над заказными портретами и путешествовал по России.

Портретист императорской семьи

В этот период Серов рисовал портреты деятелей искусства — итальянских певцов Анджело Мазини и Франческо Таманьо, художников Константина Коровина, Ильи Репина, Исаака Левитана, писателя Николая Лескова и композитора Николая Римского-Корсакова.

В 1892 году харьковское дворянство заказало художнику картину «Император Александр III с семьей» — в честь спасения царской семьи при крушении поезда на станции Борки. Так началась целая серия портретов императорской семьи.

Обычно Серов подолгу трудился над портретами и назначал натурщикам множество сеансов, однако с царем художнику удалось встретиться лишь единожды. Над образом Александра III Серов работал по фотографии.

Эскизные портреты детей царя — 17-летней Ксении, 14-летнего царского сына Михаила и 11-летней Ольги — художник рисовал с натуры.

В 1896 году Серов получил право присутствовать на коронации Николая II в Успенском соборе — он написал акварель «Миропомазание Государя Императора». Позже по заказу Николая II Серов написал парадный портрет Александра III в форме датского полка и портрет самого Николая в дар гвардейскому полку.

В подарок жене царя Александре Федоровне Серов написал «домашний» портрет Николая II в тужурке. Форму лейб-гвардии Преображенского полка Николай носил в будни.

Спустя годы Константин Коровин писал об этом портрете: «Серов первым из художников уловил и запечатлел на полотне мягкость, интеллигентность и вместе с тем слабость императора».

Иллюстратор, преподаватель, художник Русских сезонов

Валентин Серов был членом Товарищества передвижных художественных выставок. Однако после раскола общества Серов, Левитан, Архипов, Васнецов и некоторые другие художники вышли из его состава. В 1898 году появилось новое объединение художников — «Мир искусства», в эту группу вошел и Серов.

Он занимался организацией выставок, искал деньги на издание журнала «Мир искусства». Лидер объединения Александр Бенуа вспоминал: «Серов был в нашей среде самым надежным цементом, скреплявшим пестрые, разнохарактерные личности.

Его дружескому суду мы верили, и ссорившиеся протягивали друг другу руки».

В конце XIX века Серов увлекся черно-белым рисунком. Он иллюстрировал басни Крылова — изучал повадки волков, лисиц, ворон. Валентин Серов с детства любил животных, они были частыми героями его полотен. Лучшей моделью Серов в шутку называл бульдога, с которым для портрета позировал Феликс Юсупов — сын княгини Зинаиды Юсуповой.

После смерти Павла Третьякова Серова избрали членом совета Третьяковской галереи — он оставался им до конца жизни. С 1898 по 1909 год художник преподавал в Московской школе живописи, ваяния и зодчества — руководил натурной мастерской. Многие художники, среди которых — Кузьма Петров-Водкин, Павел Кузнецов и Мартирос Сарьян — считали Серова своим главным учителем и наставником.

В 1910-е годы Валентин Серов сотрудничал с Сергеем Дягилевым на его Русских сезонах. Он написал портрет Дягилева, афишу балета с воздушной Анной Павловой и полотно с обнаженной Идой Рубинштейн. Изображение эпатажной танцовщицы напоминало египетские фрески. Серов восхищался своей натурщицей: «Монументальность есть в каждом ее движении — просто оживший архаический барельеф».

В 1911 году Валентин Серов умер от сердечного приступа. Художника похоронили на Донском кладбище, позднее его тело перенесли на Новодевичье кладбище.

Источник: https://www.culture.ru/persons/8247/valentin-serov

Валентин Серов – биография и картины художника в жанре Реализм, Импрессионизм – Art Challenge

Валентин Александрович Серов (7 [19] января 1865, Санкт-Петербург — 22 ноября [5 декабря] 1911, Москва) — русский живописец и график, мастер портрета.

Валентин Александрович Серов родился в 1865 году в Санкт-Петербурге, в семье композиторов Александра Николаевича Серова и Валентины Семёновны Серовой (урождённой Бергман, из крещёной еврейской семьи). Его прадедом (со стороны отца) был естествоиспытатель Карл Иванович Габлиц.

1871 год — Валентин Серов после смерти отца (20 января) в связи с отъездом матери в Мюнхен для продолжения образования после ухода из консерватории, был помещён в коммуну Н. Н. Друцкой-Соколинской в имении Никольское Смоленской губернии. Здесь впервые проявился его талант к рисованию.

1872 год — после распада коммуны Валентин Серов был привезён к матери в Мюнхен.

1873 год — стал учиться рисованию у немецкого гравёра Карла Кёппинга (Karl Koepping (нем.)).

1874 год — с октября начал заниматься в Париже (на Rue Veron, 31) с И. Е. Репиным, который отмечал: «он с таким самозабвением впивался в свою работу, что я заставлял иногда оставить её».

1875 год — после возвращения в Россию жил летом в Абрамцеве у Мамонтовых. Здесь им был написан натюрморт «Синяя ваза». В сентябре начал посещать гимназию Карла Мая в Санкт-Петербурге.

1876 год — с весны, вместе с матерью и её гражданским мужем, Василием Ивановичем Немчиновым, жил в Киеве и на хуторе Немчинова Ахтырка в Харьковской губернии. Мать в это время писала о нём своей подруге, Е.

Бларамберг: «он кроме лошадей да ружья ничего знать не хочет…» Осенью, по рекомендации Репина, Валентин Серов стал посещать рисовальную школу Николая Ивановича Мурашко, где впоследствии был удостоен малой серебряной медали.

В это время у него появился младший брат, Александр (1876—1885).

1877 год — осенью начал учиться во втором классе киевской гимназии, одновременно продолжая занятия в рисовальной школе.

1878 год — вновь, вынужденно, уехал с родителями в Ахтырку, где появились карандашные рисунки имения. Из-за начавшейся в губернии эпидемии дифтерита мать с детьми уехала в Москву, где осенью возобновились занятия с И. Е. Репиным, жившим в Хамовниках; также Валентин Серов был определён в третий класс первой московской прогимназии.

1879 год — в начале апреля, после рождения дочери Надежды, мать Валентина Серова с двумя младшими детьми уехала в имение Сябринцы Новгородской губернии, оставив старшего сына, который был отчислен за неуспеваемость из прогимназии, — в Москве, где жила семья тётки по линии матери, Софьи Семёновны Колль. Репин вспоминал: «Первую свою картину он начал в Москве, живя у меня в 1878—1879 году. На уроки по наукам … ему надо было ходить почти от Девичьего поля (Зубово) к Каменному мосту на Замоскворечье. Спустившись к Москве-реке, он пленился одним пролётом моста, заваленным, по-зимнему, всяким хламом вроде старых лодок, бревен от шлюзов и пр. … и он долго-долго засиживался над лоскутком бумаги, перетирая его до дыр, переходя на свежие листки, но неуклонно преследуя композицию своей картины.

Летом с Репиным он жил в Абрамцеве, участвовал в домашних спектаклях семьи С. И. Мамонтова; появились первые известные карандашные портреты Валентина Серова: Саввы Ивановича Мамонтова, Татьяны Анатольевны Мамонтовой и учителя, Ильи Ефимовича Репина; с осени жил с Репиным в Санкт-Петербурге; познакомился с Ольгой Трубниковой, которая воспитывалась в семье тётки Аделаиды Семёновны Симонович.

1880 год — в начале лета путешествовал с Репиным по Крыму и Украине, — по местам, связанным с Запорожской Сечью. Осенью был зачислен вольнослушателем в Императорскую Академию Художеств; одновременно, посещал частную студию П. П. Чистякова.

Читайте также:  Описание картины александра иванова «автопортрет»

1881 год — зимой рисовал всех членов семейства тётки, Аделаиды Семёновны Симонович-Бергман; 31 марта окончил рисунок головы своего учителя П. П. Чистякова; летом работал с Репиным в Абрамцеве и окрестностях.

1882 год — сдав необходимые экзамены, в августе был переведён из вольнослушателей в «академисты» (ученики) — на III курс Академии; с осени стал посещать акварельные классы И. Е. Репина, который писал В.

Д, Поленову: «По воскресеньям утром у меня собираются человек шесть молодежи — акварелью. Антон да ещё Врубель — вот тоже таланты. Сколько любви и чувства изящного! Чистяков хорошие семена посеял, да и молодежь эта золотая!!! Я у них учусь».

Жил в это время Валентин Серов на 3-й линии Васильевского острова: д. № 40, кв. 10.

1884 год — летом, работая в Абрамцеве, создал одно из первых своих значительных произведений — портрет Л. А. Мамонтовой; в переписке с Ольгой Трубниковой уже обнаруживаются их взаимные чувства. Осенью нашёл себе новое жильё: «Комнатка у меня совсем, как у немецкого композитора. Небольшая, но в три окна, светлая, чистенькая.

Одно окно меня приводит всегда в восторг, оно все почти сплошь заполнено готической киркой очень милой архитектуры, стрельчатые окна, контрфорсы, флораны, шпиль, одним словом, готика»; в письме Е. Г.

Мамонтовой Валентин Серов признавался, что рисунки с натурщиков доставляют ему большое удовольствие: «хотя я уже их третью зиму рисую, но все же с удовольствием именно теперь».

1885 год — весной кратковременно был в Москве, откуда писал невесте: «Здесь, у Мамонтовых много молятся и постятся, т. е. Елизавета Григорьевна и дети с нею. Не понимаю я этого, я не осуждаю, не имею права осуждать религиозность и Елизавету Гр

1886 год — в начале года были написаны этюды «Зима в Абрамцеве», портрет певицы Марии Ван Зандт; в мае у Симоновичей, в Едимоново Тверской губернии, Серов встретился со своей невестой Ольгой Трубниковой и написал её портреты у открытого окна; летом этого года его друг В. Д.

Дервиз, обвенчавшись с Надеждой Симонович, приобрёл неподалёку обширное поместье Домотканово, куда позже неоднократно будет приезжать Валентин Серов. В сентябре принято окончательное решение оставить Академию и, забрав документы, он был вынужден решать возникший вопрос с отбыванием воинской повинности, в связи с чем переехал в Москву, — к Мамонтовым.

Позднее Серов писал, что «в Академии ценил лишь мнение одного П. П. Чистякова».

1887 год — в феврале серьёзно заболел: у Серова было воспаление предстательной железы.

По заказу тульских помещиков Селезнёвых сделал роспись плафона «Феб лучезарный» и, получив деньги за заказ (тысячу рублей), в мае с друзьями (Илья Остроухов, Михаил и Юрий Мамонтовы) отправился в Италию; с августа по октябрь — в Абрамцеве, где написал знаменитый портрет В. С.

Мамонтовой «Девочка с персиками»; в конце года — в Ярославле, где писал портреты Чоколовых и начал, по просьбе А. И. Мамонтова, делать иллюстрации к детской Библии (проект не состоялся).

1888 год — в начале года окончил портрет М. Ф. Якунчиковой; летом жил у Дервиза в Домотканово, где кроме ряда пейзажей была написана «Девушка, освещённая солнцем», которую приобрёл за 300 рублей П. И. Третьяков.

В августе был в Абрамцеве, затем — в Москве; в октябре путешествовал в Киев и Одессу, где договорился со своей невестой об их венчании в январе следующего года; в декабре — в Санкт-Петербурге: написал портрет композитора П. И. Бларамберга и начал писать портрет отца. Выставленный на конкурс МОЛХ «Портрет В. М.

» («Девочка с персиками») в декабре был удостоен единственной премии в номинации портрет в сумме 200 рублей, а «Заросший пруд», выставленный на том же конкурсе под названием «Сумерки», хотя и не смог конкурировать с пейзажами Левитана (2-ю премию получил левитановский пейзаж «Вечереет»), однако был приобретён с выставки В. В. и М. Ф. Якунчиковыми. В самом конце года в Санкт-Петербург приехала невеста Серова, Ольга Фёдоровна Трубникова.

1889 год — 29 января в церкви Семёновского полка в Санкт-Петербурге состоялось венчание Валентина Серова с Ольгой Трубниковой (шафером Серов попросил быть Сергея Мамонтова, свидетелем был приглашён И. Е. Репин).

К концу лета наконец-то был окончен портрет отца, а также выполнено несколько заказов, в том числе для реформатской церкви на Большой Морской улице в Петербурге был написан портрет пастора Дальтона, а затем в Домотканово был завершён портрет хозяйки имения Н. Я. Дервиз.

В сентябре супруги Серовы отправились в Париж, на Всемирную выставку. В октябре 1889 года Серов одновременно с Репиным, в его мастерской, писал портрет восемнадцатилетней Софьи Михайловны Драгомировой, дочери генерала М. И.

Драгомирова; немного не закончив портрет, Серов уехал в Москву и Репин, передавая его работу Драгомировой, «сделал несколько мазков на костюме и аксессуарах, не трогая лица» — это вмешательство так возмутило Серова, что он направил своему бывшему учителю резкое письмо, на некоторое время омрачившее их отношения. На открывшейся в самом конце года, IX выставке МОЛХ были выставлены две его работы: Портрет юноши (1885) — копия с картины Веласкеса в Старой пинакотеке и портрет М. Ф. Якунчиковой (1888).

1890 год — начал давать частные уроки рисования: с конца предыдущего года — Володе фон Мекк — сыну В. К. фон Мекк, затем дочери титулярного советника Надежде Трембовельской. В феврале родилась дочь Ольга.

С подачи Репина, Серов впервые участвовал в выставке ТПХВ (очередной, XVIII-й) — с портретом отца, и получил лестный отзыв критика В. В. Стасова. С начала года по заказу С. И. Мамонтова писал портрет А. Мазини и вместе с К.

Коровиным работал в московской мастерской на Долгоруковской улице — они получили заказ: написать для церкви Космы и Дамиана в Костроме, в приходе фабрики П. М. Третьякова и В. Д. Коншина, картину «Христос на Гефсиманском озере (Хождение по водам)»; к ним присоединился и М.

Врубель; всю весну работал в Костроме (на картине Серов писал только фигуры) и Ярославле; летом жил с женой и дочерью в Домотканово, переехав осенью в Москву — в Малый Гнездниковский переулок (дом Крумбюгеля на углу со Шведским тупиком). Осенью Серов выслал А. В.

Прахову эскиз росписи «Рождества Христова» для Владимирского собора в Киеве, однако срок предоставления работы уже истёк и контракт был подписан с М. В. Нестеровым. В конце года на конкурсе МОЛХ представил портрет А. Мазини, который получил первую премию.

1891 год — был привлечён П. П. Кончаловским к иллюстрированию собрания сочинений М. Ю. Лермонтова, приуроченного к 50-летию смерти поэта — одновременно с этим выполнил портреты Кончаловского и его дочери.

Выполнил портреты К. Коровина и Ф. Таманьо; а летом, живя в Абрамцеве, попробовал себя в создании керамических изделий в организованной С. И. Мамонтовым гончарной мастерской; уже зимой выполнил портрет З. В.

Мориц.

1892 год — после крушения 17 октября 1888 года императорского поезда харьковское дворянство, чтобы увековечить чудесное спасение императорской семьи, решило построить на месте трагедии (станции Борки) церковь и объявило конкурс на создание картины Александра III с семьёй — Серов с Коровиным, выполнив эскиз будущего полотна, выиграли в начале года конкурс; эскизные портреты для картины писать пришлось по фотографиям. По рекомендации Репина в апреле Серов написал портрет жены Л. Н. Толстого, Софьи Андреевны, получив за него 600 рублей. Летом родился старший сын О. Ф. и В. А. Серовых — Александр. Работая над портретами царской семьи в Историческом музее, Серов уговорил позировать его директора, известного историка И. Е. Забелина, кроме того был написан заказной портрет О. Ф. Тамара (урождённой Якунчиковой), о котором позже И. Э. Грабарь выскажется, что более всего удалась на полотне такса.

1893 год — Конец предыдущего года и первая половина текущего прошла в неоднократных сеансах позирования членов царской семьи; для семейного портрета Александра III были написаны портреты его детей. Кроме этого, в начале года был закончен портрет И. И. Левитана, который вместе с «портретом г-жи О. Ф. Т.

» представил на XXI выставке ТПХВ. Летом жил с семьёй в Крыму, где написал массу этюдов и портрет хозяйки дачи, где они жили, Розалии Соломоновны Львовой (её сын, врач Соломон Кеселевич Львов, женился на Марии Симонович, двоюродной сестре Серова, которую он изобразил на картине «Девушка, освещённая солнцем»).

1894 год — был избран членом Товарищества передвижных художественных выставок. На XXII Передвижной выставке были показаны портрет С. А. Толстой и пейзаж «В Крыму». После выставки В. В. Стасов просил Серова написать портреты В. Шварца и А. Бычкова, но художник выбрал другое предложение: по заказу П. М.

Третьякова был написан портрет Н. С. Лескова. После окончания и представления картины «Александр III с семьёй», два месяца до конца сентября вместе с К. А. Коровиным он ездил по Русскому Северу, написав множество этюдов.

Выполнил эскизы к неосуществленному панно «После Куликовской битвы», заказанному Серову для Исторического музея в Москве. Родился сын Георгий.

1895 год — В начале года по заказу П. М. Третьякова написал портрет его брата, Сергея Михайловича. На XXIII Передвижной выставке представил портреты Н. С. Лескова и 3. В. Якунчиковой (Мориц), а также пейзаж «Татарская деревня», который был сразу приобретён П. М. Третьяковым за 300 рублей.

Летом поселился в Домотканове, где выполнил ряд пейзажей и портретов, в том числе портрет жены: «Летом». Во второй половине года выполнил несколько заказных портретов: А. И. Абрикосова, М. К. Олив, жены и дочери харьковского губернатора — В. В. Капнист и В. В. Мусиной-Пушкиной.

Также по просьбе Владимира Дервиза, написал портрет его отца, члена Государственного Совета Д. Г. Дервиза.

1896 год — В начале года был получен выгодный заказ на выполнение акварели «Миропомазание Государя Императора» для художественного альбома коронования Николая II; в связи с этим он получил право присутствовать на коронации 26 мая, «на правом клиросе или же в самом алтаре» Успенского собора, а завершить работу он должен был до 1 мая 1897 года. В это же время он выполнил для усадьбы Юсуповых Архангельское копию «портрета покойного царя» Александра III. На частной выставке в Мюнхене (Сецессион) впервые за границей демонстрировались работы В. А. Серова; в результате в конце года Серову поступили предложения участвовать в заграничных выставках — в Мюнхене, Стокгольме, Копенгагене.

1897 год — в 1-й половине года были написаны портреты великого князя Павла Александровича и великой княжны Марии Павловны («Портрет девочки с собакой»), а также М. Ф. Морозовой — матери С. Т. Морозова. В конце лета принял предложение руководить натурной мастерской в МУЖВЗ, хотя ещё в 1894 году признавался в письме П. П.

Чистякову: «преподавание вообще я не люблю — учеников и бездарных и талантливых всех не люблю — серьезно. Предлагали мне поступить сюда (в Москве) в школу живописи преподавателем — я отказался». Его учениками стали: П. В. Кузнецов, Н. Н. Сапунов, М. С. Сарьян, К. С. Петров-Водкин, Н. П. Ульянов, К. Ф. Юон. Одновременно с Серовым в училище стал преподавать И. И.

Левитан, — руководил пейзажной мастерской.

1898 год — на открывшейся в январе, в Санкт-Петербурге, в музее барона Штиглица, выставке русских и финских художников, организованной С. П. Дягилевым, Серов был представлен 15 работами; на XXVI Передвижной выставке были показаны портреты М. Ф. Морозовой и Ф.

Таманьо; 23 марта на общем собрании Академии художеств, по предложению Матэ, Репина и Чистякова, В. А. Серов был удостоен звания академика. Кроме портретов — М. К. Тенишевой, Н. А. Мещерской, П. А. Бахрушина, Н. А. Римского-Корсакова, П. Н. Трубецкого, В. В. Мусиной-Пушкиной — работал над иллюстрациями к басням Крылова.

Также вёл художественно-декоративную часть постановки оперы своего отца, «Юдифь», в частной опере Мамонтова.

В конце 1890-х годов Серов работал над портретом художника Василия Ивановича Сурикова.

1900 год — в январе—марте работал над заказными портретами царской семьи. Был написан портрет императора Николая II.

Константин Коровин позднее написал про этот портрет: «Серов первым из художников уловил и запечатлел на полотне мягкость, интеллигентность и вместе с тем слабость императора…» В октябре 1917 года после штурма Зимнего дворца ученики-художники увидели, как из дворца выходят солдаты, волоча этот взятый в спальне императрицы портрет. Солдаты выкололи штыками глаза на портрете императора. Ученики-художники убедили солдат отдать им портрет, и ученики принесли его художнику Нерадовскому, который его сохранил.

1909 год — Протестуя против отказа восстановить А. П. Голубкину в МУЖВЗ, где она ранее занималась, уходит из училища. Рисует балерину Т. Карсавину и М. Фокина, создаёт афишу с танцующей Анной Павловой. Продолжает создавать портреты на заказ: Е. П. Олив, Е. И. Рерих и др.

Скончался Серов 22 ноября (5 декабря) 1911 года в Москве (умер от приступа стенокардии). Похоронен на Донском кладбище в Москве. Позднее останки перенесены на Новодевичье кладбище.

Читайте также:  Описание картины сальвадора дали «замок гала в пуболе»

Источник: http://artchallenge.ru/gallery/ru/84.html

Обзор выставки: “Магия тела” в 5 картинах

Новая выставка в Третьяковской галерее на Крымском валу исследует, как изменялись восприятие и изображение человеческого тела в российском искусстве. Мы расскажем об экспозиции с помощью пяти произведений искусства

“Вирсавия”. Карл Брюллов

Это полотно 1832 года “в ответе” за первую часть выставки — “В зеркале мифа”. Обнаженную натуру настойчиво избегало, пожалуй, только стыдливое и суровое Средневековье.

Ренессанс положил начало “реинкарнации” культа красоты человеческого тела, воспетого античностью. Последующие течения без ложной скромности уделяли наготе пристальное внимание. Мифология — самая благодатная почва.

Обнаженная с картины Брюллова не столько библейская героиня, сколько идеал женской красоты вообще.

“Натурщица с распущенными волосами”. Валентин Серов

Второй раздел экспозиции называется “Мастерская. Художник и модель”. Валентин Серов стал одним из первых русских живописцев, превративших работу с натурщицами из технических “штудий” в высокое искусство. Физиология обнаженного тела на полотне 1899 года символична, ее почти нет.

Главное для художника — правда изображения, которая выражается в гибкости линий, естественной позе лежащей девушки, игре оттенков и теней. Можно сказать, что прародительницей серовской натурщицы стала знаменитая “Обнаженная” Огюста Ренуара. Французскому импрессионисту пришлось стерпеть немало нападок со стороны приверженцев академизма.

Оттенки фиолетового, которыми Ренуар обозначил тень, обозвали “цветом гниения и разложения”. Благо, во времена Серова арт-нравы были уже не так суровы.

“Русская Венера”. Борис Кустодиев

Кустодиевских красавиц распознать очень легко — пышностью форм с ними могут сравниться разве что героини полотен Фернандо Ботеро.

Правда, знаменитый колумбиец наделял нестандартными габаритами как латиноамериканок, так и французских монархов, а обнаженные Кустодиева воплощают русскую национальную красоту.

Впрочем, Венерой краснощекая банщица, писанная в 1925—1926 годах, зовется неслучайно: позирует русская красавица на античный манер.

“Весна. Времена года”. Михаил Ларионов

Если предыдущие полотна еще имеют какой-то шанс смутить особо стеснительную часть публики, то работа Ларионова на это едва ли способна.

Наивное искусство, которым художник увлекался в 10-х годах ХХ столетия, преображает самую откровенную наготу в абсолютную условность — так могла бы выглядеть Ева в сборнике библейских историй для детей дошкольного возраста, не травмируя невинную психику.

При новаторском по тогдашним меркам подходе к обнаженной натуре сюжет картины Ларионова традиционный — аллегория весны.

“Утренняя зарядка”. Александр Дейнека

Обнаженные на полотнах Дейнеки лишены традиционных изящности и поэтичности. Для художника тело — носитель мятежного духа нового мира, принесенного революцией. Пара спортсменов — девушка и мужчина — выполняют упражнения с тяжелыми снарядами.

Их сложно представить вальяжно прилегшими в тени раскидистых ветвей или примостившимися на кушетке в мастерской. Вместо перины — твердый пол, мягкие переливы кожи сменяются напряженностью мышц.

Новый мир не построишь с античным вазоном в нежных руках.

Источник: https://www.buro247.ru/culture/arts/obzor-vystavki-magiya-tela-v-5-kartinakh.html

Валентин Серов. К 150-летию со дня рождения

Государственная Третьяковская галерея
6 октября 2015 — 17 января 2016
Москва, ул. Крымский Вал, 10, залы 60–61, 80–82

Сегодня в Государственной Третьяковской галерее на Крымском Валу состоится вернисаж выставки «Валентин Серов. К 150-летию со дня рождения», на которой будут представлены более 100 произведений живописи и около 150 произведений графики, скульптурные композиции, театральный занавес, архивные материалы. Кураторы О. Д. Атрощенко, Л. А. Торстенсен, М. В. Кривенко.

Коллекции-участники: 25 российских и 4 зарубежных музея, 9 частных коллекций.

Среди музейных собраний: Государственная Третьяковская галерея, Государственный Русский музей, Государственный музей изобразительных искусств им. А. С.

 Пушкина, Национальная галерея Армении (Ереван), Национальный художественный музей Республики Беларусь (Минск), Музей Орсе (Париж), Офицерский фонд Королевской лейб-гвардии (Копенгаген).

Третьяковская галерея представляет самый ожидаемый проект года — выставку произведений Валентина Александровича Серова (1865–1911), одного из наиболее любимых русских художников, крупнейшей и ключевой фигуры своего времени.

Серов синтезировал в своем творчестве лучшие традиции русской реалистической школы, уроки старых европейских мастеров, новаторства современных живописцев. Он не только определил развитие стиля модерн в России, но и стал предтечей авангарда. Для русского искусства Серов стал формообразующим художником.

Универсализмом и парадоксальностью своего таланта он предвосхитил архетип творческой личности ХХ века.

Исключительная одаренность Серова позволяла ему одинаково ярко проявлять себя в разных сферах изобразительного искусства — в станковой и монументальной живописи, графике, театральном и декоративно-прикладном искусстве.

Жанровый диапазон его работ разнообразен и включает исторические картины, пейзажи, бытовые зарисовки, иллюстрации.

Но главное — Серов был выдающийся портретист, он создал обширную по количеству и редкую по качеству исполнения и глубине характеристик галерею образов современников, которая отражает всю противоречивость эпохи рубежа веков.

Жизнь на переломе эпох, с одной стороны, определила своеобразие творчества мастера, стремительную эволюцию за короткий срок (около двух с половиной десятилетий) его пластического языка и содержания его работ, а с другой — обусловила драму художника, с двадцатилетнего возраста обретшего признание и успех, при этом всю жизнь остро рефлексировавшего, мучительно искавшего идеал в искусстве, а ушедшего трагически рано, возможно, не реализовав весь заложенный творческий потенциал.

Выставка демонстрирует лучшие произведения мастера, те блистательные живописные полотна и графические листы, благодаря которым художник обрел всеобщую любовь — как великосветских особ, так и художественной элиты своего времени, как приверженцев реалистической традиции, так и ценителей авангарда.

В меньшем составе основной корпус этих произведений был показан в Третьяковской галерее на выставке 1991 года и графической выставке в 2011 году.

Задача настоящего проекта, впервые в истории музея развернувшегося на трех этажах выставочных залов на Крымском Валу, — выявить новые смыслы и обозначить новые акценты в понимании творчества и личности самого значительного художника эпохи.

Выставка представляет Серова как универсального мастера, увлеченного множеством художественных задач и во всех своих поисках добивающегося абсолютного совершенства.

Драматургия экспозиции ведет от одной из ранних и наиболее известных картин мастера, ставшей эмблемой выставки, — «Девочка с персиками» (1887, ГТГ) — через живописный, графический и театральный разделы к ключевому произведению зрелого творчества Серова, в котором сконцентрированы художественные искания и новаторства различных направлений его работы — портрету Иды Рубинштейн (1910, ГРМ).

Центральное пространство живописной части выставки разделено диагональной осью, вдоль которой экспонируются все лучшие портреты художника — творческих личностей, деловых людей, аристократических и царственных особ.

Талант Серова чутко улавливать и отображать характер и индивидуальные манеры персонажа способствовал разнообразию в жанре. Он писал камерные, парадные, психологические, почти гротескные портреты. Сам Серов, ученик И. Е. Репина и П. П.

 Чистякова, признавал лучшими свои ранние пленэрные картины — «Девочка с персиками» и «Девушка, освещенная солнцем» (1888, ГТГ). Эти работы оказались настоящим прорывом, кардинальным поворотом в русском искусстве.

Намерение Серова писать «только отрадное» вместо отображения «язв общества» обозначило изменение вектора актуального в живописи. В этих полотнах он сумел сформулировать то, к чему стремилось новое поколение художников.

С 1890-х годов Серов-портретист обретает качества художника-аналитика, знатока человеческих типов, становится мастером большого стиля. Его моделями часто были художники и артисты: Константин Коровин (1891), Исаак Левитан (1893), певцы Анджело Мазини (1890), Франческо Таманьо (1891, все — ГТГ).

Если мастер не был увлечен личностью персонажа, окружение портрета, его живописная «оркестровка» начинали доминировать в работе. В 1900-е годы художественный язык Серова приобрел особенности, свойственные стилю модерна, в произведениях стали преобладать декоративная условность, роль линии, работа локальными цветовыми плоскостями.

Зачастую Серов настолько выразительно передавал в образе то, что сами модели пыталась скрыть от окружающих, что вынуждал обижаться на резкость трактовок.

На выставке сделан значительный акцент на светском парадном портрете. Важное место здесь занимает цикл портретов семьи Юсуповых. Используя формальные схемы светского портрета, Серов трансформирует их и добивается не свойственной салонным работам глубины постижения человека.

Находя выразительные композиционные решения, художник никогда не тиражировал их, каждый исполненный им портрет уникален.

Динамика эволюции стиля Серова отражена в самой экспозиции, которая начинается с пленэрных полотен второй половины 1880-х годов, написанных по-своему, но в манере близкой импрессионистам, продолжается в портретах модерна и декоративных портретах 1900-х годов, а завершается произведениями 1911 года, в которых мастер приближается к выразительности экспрессионизма. Одно из важнейших полотен в этом разделе экспозиции — портрет И. А. Морозова на фоне натюрморта А. Матисса, который был написан в стилистике фовистов (1910, ГТГ).

В пейзаже Серов сделал не меньше открытий, чем в портрете.

В работах, посвященных русской деревне, он не стремился к внешней эффектности мотивов и, обладая умением видеть значительное в малом, выбирал самые скромные виды и явления, органично соединял пейзаж с жанровыми сценами.

Для выставки отобраны лучшие пейзажи, среди которых виды окрестностей Абрамцева, Домотканова, а также местечка Ино в Финляндии (ныне поселок Смолячково), где находилась дача художника.

https://www.youtube.com/watch?v=Aq3q23C-Jzs

На выставке собраны работы, которые долгие годы не демонстрировались отечественному зрителю. Из Национальной галереи Армении привезен портрет Марии Акимовой (1908), который сам Серов считал одной из лучших своих картин.

Событием станет показ портрета двоюродной сестры художника Марии Львовой (1895, Музей Орсе), той самой Маши Симонович, которая изображена в знаменитой «Девушке, освещенной солнцем». Эта картина впервые возвращается в Россию после ее вывоза во Францию в начале прошлого века. Широко демонстрируются портреты царственных особ.

Особый интерес вызовет привезенный из Дании портрет императора Александра III (1899, Офицерский фонд Королевской лейб-гвардии), подаренный императором Николаем II офицерам Королевской лейб-гвардией, шефом которой был Александр III.

Благодаря разделу, включающему документы, письма, фотографии, Серов предстает как одна из авторитетнейших фигур в общественной жизни своего времени: педагог, член Совета Третьяковской галереи, участник объединений ТПХВ, «Мир искусства» и «Союз русских художников».

Графическая часть экспозиции уникальна по-своему. По словам И. Э. Грабаря, «Серов-рисовальщик, быть может, даже сильнее Серова-живописца». Однако рисунки одного из лучших художников-графиков в русском искусстве публике знакомы в основном по иллюстрациям, так как из-за хрупкости материалов экспонируются значительно реже, чем живописные.

На этот раз предпринята попытка как можно более полно представить эту область творчества художника: вместе собраны листы из 15 музеев и 4 частных собраний. На выставке можно увидеть работы Серова в самых разных жанрах и во всех возможных графических техниках: акварель, гуашь, пастель, карандашные рисунки.

Выбор техники и основы рисунка диктовался характером самой натуры.

Деление экспозиции на живописную и графическую части является основной интригой выставки. Это сделано для того, чтобы продемонстрировать синтетичность дарования и пластической системы Серова, его художественное мировоззрение.

Разделяя графическую линию, которая работает контуром, локальным цветом, и живописную, где доминирует вещность, материальность, фактура, экспозиция демонстрирует, как одинаково мастерски Серов владел и тем и другим, но целенаправленно стремился их соединить.

Существует множество произведений, которые находятся в пограничной зоне между живописью и графикой, когда в живописи начинает доминировать контур, силуэт, а в рисунке происходит работа цветом. Масса вариантов пограничных техник — важнейшая особенность этой выставки.

В работах на исторические и мифологические сюжеты прослеживаются изменение границ жанра и возрастание роли пейзажа. Серия «Царских охот» близка историко-бытовому жанру, который культивировался художниками объединения «Мир искусства».

В знаменитой картине «Пётр I» (1907, ГТГ) Серов проявил себя как вдумчивый исследователь. Для создания нешаблонного образа государя мастер изучал исторические артефакты, архивные материалы в Эрмитаже.

Декоративное панно «Похищение Европы» (1910, ГТГ) представляет идеальный образ мира архаики и его героев. В нем отразились поиски Серовым идеала, гармонии, полноты бытия.

На выставке можно увидеть опыты Серова в монументально-декоративном искусстве — рисунки на античные мотивы для росписи особняка Е. П. Носовой («Аполлон и Диана, избивающие детей Ниобеи»).

Подробно представлены театральные работы Серова, связанные с постановкой оперы «Юдифь» крупного русского композитора А. Н. Серова, отца художника. Сенсацией станет показ грандиозного (554 × 810 см) занавеса для балета «Шехеразада» на музыку Н. А.

 Римского-Корсакова, созданного для Русских сезонов С. П. Дягилева (1911, собрание семьи М. Л. Ростроповича и Г. П. Вишневской). В экспозиции демонстрируются портреты знаменитых деятелей балета — С. П. Дягилева, А. П. Павловой, Т. П. Карсавиной.

Рядом с ними демонстрируются редко экспонируемые шаржи, изображающие друзей и знакомых Серова, известных художников, поэтов, артистов: И. Э. Грабаря, Л. С. Бакста, С. П. Дягилева, М. А. Кузмина, И. Л. Рубинштейн и других, а также шарж-автопортрет «Скучный Серов» (1910–1911, ГТГ), в котором Серов сумел горько и иронично взглянуть и на самого себя.

Завершает экспозицию выдающаяся работа позднего Серова — портрет Иды Рубинштейн. Рафинированно-изысканный образ — свидетельство изменения эталона красоты в искусстве. Этим произведением Серов приблизился к стилистике экспрессионизма.

Картина синтезирует не только эволюцию живописного и графического языка мастера.

В ней соединились все основные линии его творчества — крупная форма и минимализм графического арабеска, декоративное панно и театральная афиша, идеальная обнаженная модель и выразительный характерный портрет.

Выставочный проект Третьяковской галереи — важный этап в осмыслении творчества Валентина Серова. Прошло около 25 лет с последней монографической выставки художника.

Настало время взглянуть по-новому на наследие одной из самых интересных творческих индивидуальностей в истории русского искусства, актуализировать его, особенно для молодого зрителя, показать всю мощь разностороннего таланта, противоречивость и невероятную притягательность личности Серова.

Обладая огромным дарованием, он не был удовлетворен своим трудом и находился в постоянном поиске. Художник добивался виртуозности исполнения своих работ ценой изнурительного труда, мук и сомнений. Реализация задуманного через преодоление себя, через большой труд — это близко современному человеку.

К выставке опубликован фундаментальный каталог, подготовлена культурно-образовательная программа. Чтобы перевести часть проекта в онлайн и расширить пространство выставки, создан специальный сайт serov.tretyakov.ru.

Источник: пресс-релиз ГТГ

Источник: https://artinvestment.ru/news/exhibitions/20151006_gtg_serov.html

Ссылка на основную публикацию